Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Мы видели, как на севере появляются и рушатся царства. Карахи были темнокожими и темноволосыми, строили города, окруженными земляными валами, и возили товары по дорогам из кедровых плах. Мы часто с ними сражались, но было это во времена, когда мы еще не начали закрывать лица, когда пытались обмануть клятву и строили собственные города на равнинах за горами. Не смотри так, некогда были и у нас каменные города и селения отсюда до Реннанской возвышенности. Часть наших родственников не захотели принять искупления, пытались обмануть судьбу. Выправляя их ошибки, мы почти сравнялись с жестокостями мрачных лет. Но тогда Харуда повел воинов из пустынных племен против наших потерянных братьев и спас их души.

– Вырезав всех? Опустошив их города? Незнакомка, каждым словом ты подтверждаешь мое мнение о вашем племени.

Она пожала плечами.

– Харуда дал нам Закон, в том числе и этот, наиважнейший, – она дотронулась до экхаара, – который оберегал нас пред растворением средь очередных волн мигрирующих народов. Благодаря этому мы пребудем здесь, когда от вашей империи останется лишь пыль и горсть легенд.

– Мне так думается…

– Не интересует меня твое мнение, – прошипела она с гневом. – Ты слушаешь, но не слышишь, киваешь, но не понимаешь. Я пытаюсь рассказать тебе, как оно: родиться и быть воспитанным среди иссарам. Взрослеть, слушая рассказы о Войнах Богов не как сказки, милые истории перед сном, но как правду, передаваемую из поколения в поколение теми, кто там был. Кто видел первое прибытие, кто смотрел, как дерзость, гордыня и отсутствие понимания привели к оскорблениям, а оскорбления – к войне. Были свидетелями предательства и верности, падений и взлетов, гнева и милосердия. Каково ребенку засыпать, выслушав несколько таких сказаний, а просыпаться – зная, что вросли они в твою душу. Прежде чем тебе исполнится шесть лет, ты отбываешь покаяния за Предательство Вирконна, постишься, чтобы почтить Смерть Лайны, медитируешь, пытаясь понять, что склонило Френдала из Ганн к переходу на сторону врага. Каждые пять лет наши женщины выходят в пустыню, чтобы посыпать головы прахом, повторяя танец Кве’нны, тот, которым она одарила мир после гибели своего ваанн. Мы так и не знаем, кем или чем был или было то ваанн, но, видя ее танец, наши предки поняли, что, как бы мы ни разнились, боль и страдания – одни и те же. Что они объединяют нас. Помним мы и страдание Реагвира, который дал увлечь себя ярости битвы и не пришел на помощь Кай’лл. Боль от ее смерти почти лишила его разума. Нам пришлось выступить против него с оружием в руках, чтобы удержать от уничтожения целого континента.

Она прервала себя, напряженно глядя на мужчину. Он все еще ничего не понимал.