Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

– Потому что твой брат тоже не был разговорчив. Умел молчать часами, а порой – и целыми днями. Тогда он был словно ходячая статуя, замирал неподвижно на много часов, иногда на жарком солнце, в дождь или в холоде подвала. Поручения принимал кивком, но молча. Случались дни, когда он пил лишь чистую воду, бывали и такие, когда не пил и не ел вообще. – Он на миг прервался, а потом ударил: – Знаешь, хорошо видно, как ты поглощаешь каждое слово о нем. Стискиваешь кулаки, склоняешь голову, ждешь большего. Он ведь не слишком много рассказывал о своей службе в моем доме, верно?

Она почти поймалась, почти кивнула.

– Не знаю, о ком ты говоришь, купец, – выдавила из себя она. – Мой брат никогда не служил в твоем доме. Но теперь-то я знаю наверняка, что чужак был из рода иссарам. Расспрашивал ли ты его, отчего он постится, молится и медитирует? Знаешь ли, что значит родиться и воспитываться в этих горах?

– Не знаю. Я не спрашивал.

– Меекханская толерантность? Пока не кланяешься Нежеланным и признаешь верховенство Великой Матери в пантеоне, можешь почитать кого угодно. Разве нет?

– Это хорошее правило.

– Конечно, вы ведь объединили немалую часть разодранного религиозными войнами континента, заставили все культы поклониться Баэльта’Матран, а тех, кто не желал этого делать, – вывели под корень. Навязали собственную форму религии, Силу, принимаемую через аспекты, ибо это позволяло вам примирить гильдии чародеев с разнообразнейшими храмами. Тех, кто не хотел или не мог пользоваться такой Силой, вы сожгли на кострах либо изгнали. А теперь сидите на лавке, выстеленной вашим самодовольством, и считаете, что все обязаны этому радоваться. Нет, не гляди так, мы ценим ваши достижения, я не смеюсь над тобой. Вы положили конец длящимся триста лет войнам, походам за веру, религиозным бойням и погромам. Когда жрецы Лааль Сероволосой сражались с аколитами Дресс, Сетрен-Бык вел своих верных против Кан’ны, а святыня Реагвира пыталась создать гигантскую теократию – целые города сгорали в огне религиозного фанатизма. Десятки тысяч жертв. На этом грели руки и гильдии магов, пользовавшиеся различными Силами, подливали масло в огонь и получали невообразимые прибыли от войн. И разве Старый Меекхан не был трижды завоеван и разрушен Сестрами Войны, поклонявшимися Вениссе, дочери Драаль? Несколько веков казалось, что весь континент сошел с ума, все обиды и оскорбления выплеснулись наружу и наполнили мир кровавой пеной. Мы приветствовали появление вашей империи почти с удовольствием.

– Дерзкие слова, незнакомка.

Она сняла ладони с рукоятей сабель. Наверное, пока что не станет сражаться."

"– Почему же? Потому что я не кажусь подавленной величием твоей империи? Мы живем в этих горах три с половиной тысячи лет.