Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

– Приветствую, Элланда, – усмехнулся он радостно.

Женщина исполнила дворцовый поклон. Девочка повторила его почти точно.

– Приветствую тебя дома, господин.

На лице мужчины мелькнули смешанные чувства.

– За что на этот раз? – спросил он почти жалобно.

– Шесть дней назад я приготовила приветственный пир, но караван не появился. Я думала, что с ума сойду от беспокойства. Конечно же, половина еды пропала, а я не спала три ночи, пока мне не донесли, что на обратном пути ты заехал в Анталер. Что было на этот раз? Более высокие цены на яшму?

Он покачал головой:

– Не совсем так. – Он дотронулся рукою до полотна фургона, в месте, где зияло небольшое отверстие. Только теперь она заметила, что тех дырок – больше, а также коричневую повязку, выглядывающую из-под рукава возницы.

– Ох, Аэрин… – Женщина подскочила к мужу и едва не сдернула его с козлов. – Кто? Кочевники? Бандиты? Иссары? С тобой ничего не случилось?! – Говоря это, она энергично его встряхивала, пытаясь найти возможные раны.

Он уступал этому с улыбкой. Внезапно зашипел громко.

– Ох, прости, прости, прости. Ты ранен? – Она принялась расстегивать его куртку."

"– Элл, мы не одни… – Потом он внезапно схватил ее и поцеловал. Несколько ближайших возниц и торговцев радостно засвистели.

– Негодник… – Она вырвалась, покраснев, словно пион. – А я так переживала. Ты не мог прислать гонца?

– Это был всего десяток бандитов. Наверное, хотели отбить фургон-другой и отступить. Мы убили нескольких, остальные сбежали. У меня ранили восьмерых. Именно поэтому я направил фургоны в Анталер. У них лучшие лекари в провинции. А знаешь, что случилось бы здесь, узнай женщины, чьи мужья и сыновья отправились со мной, о нападении?

Она скривилась.

– Ты прав. Я сглупила.

– Отнюдь нет. Просто пошли я гонца – это только усугубило бы ситуацию.

Он повернулся к девочке. Та все еще стояла сбоку, надутая, как видно обиженная на весь мир.

– А ты? Не поздороваешься с отцом?

Она повторила поклон:

– Приветствую, отец.

Тот драматично застонал:

– И ты тоже? За что?

Жена пожала плечами:

– Меня не спрашивай. Последние дни она ходит злая, словно шершень.

Полотно фургона откинулось, и оттуда показалась светлая голова мальчишки.

– Мама не позволяла ей ездить на Сивке. И приказывала учиться поэзии. И танцам. Хочет сделать из нее настоящую даму. – Мальчик хихикнул, словно от удачной шутки.

Аэрин присел на корточки перед будущей дамой.

– Настолько плохо?

Она кивнула.

– Никакой конной езды?

На этот раз вмешалась мать:

– Она ездит верхом. По-мужски. В платьях до середины икр. Видны ее ноги. Всякий раз, когда садится на коня, здесь начинается истинное столпотворение. Преимущественно из молодых пареньков. А она уже слишком взрослая для такого.