Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

В мертвых зеницах отражалось, будто в посмертном обвинении, тело жены.

Велергорф стоял под стеной с руками сложенными на груди.

– Не люблю самоубийц, – бросил он коротко.

– А я – убийц. Проверили остальные комнаты?

– Да. Если он был настолько умен, каким казался, то хорошо спрятал свою часть найденных вещей. Может, даже снаружи.

– Не думаю, Вархенн. В одном Берф был прав, они тут на соседей глядят волком. Каждый стерег найденное как зеницу ока, а прежде всего – от тех, кто по ту сторону забора. Был самым главным в селе, и можешь ставить что хочешь, но здесь мы найдем в два раза больше, чем в предыдущем доме.

– Я не бьюсь об заклад с офицерами, господин лейтенант. Проиграю – потеряю деньги, выиграю – буду до конца жизни ходить в головном дозоре. Что теперь делаем?

– Идем к тому чернобородому. Староста должен был доверять ему, если всякий раз брал с собой. И вынь топор из-за пояса.

* * *"

"Чернобородого они застали снаружи. Тот стоял на берегу и смотрел на озеро. Казалось, ему совершенно не мешает, что в паре десятков шагов колышется на воде лодка с двумя солдатами. Когда стражники входили во двор, он как раз широко размахивался. Плоско брошенный камень помчался по водной глади, оставляя за собой цепочку расширяющихся кругов. Кеннет остановил десятника и двинулся к рыбаку один. Тот оглянулся через плечо, странно усмехнулся.

– Выпьете, господин лейтенант? – тряхнул он глиняной баклагой, в которой что-то булькнуло. Наверняка ждал гостей: у пояса привесил несколько оловянных кружек.

– Что это?

– Магхенская перцовка, лучшая на Севере. Орг за бутылку.

– Может, попозже, хозяин. Как вас зовут, я позабыл.

– Ливенс Авекс. Староста не говорил?

– Я не успел спросить. Он мертв.

Рыбак нахмурился, будто пытаясь уразуметь непонятное слово.

– Мертв… Вы его убили?

– Нет, сам повесился. Но сперва заколол ножом жену.

– Хе-хе, как я и говорил: всякий платит за свои грехи. Ну, ему это удалось. – Жидкость в бутылке хлюпнула, у чернобородого явно тряслись руки. – Ну и ладно, господин офицер, и ладно, выпьем же за тех, кого озеро забрало с собой.

Он наклонил сосуд, сделал большой глоток, откашлялся, вытер рукавом слезы.

– Кре-е-епкое. У-у-ух… Но ежели вы не пьете и не пришли в гости, то наверняка у вас есть какие-то вопросы. Слушаю.

Кеннет сложил руки на груди, глядя, как Ливенс наклоняется за следующим камешком.

– Сыновья, как я понимаю, не ремонтируют сети, – поддел он.

– Нет. Хе-хе, нечего ремонтировать, уже годы не выхожу на рыбалку, отец и дед шкуру с меня спустят, как повстречаю их в Доме Сна. – Плоская галька отскочила несколько раз и потонула.

Лейтенант кивнул:

– Когда это началось? Когда вы стали находить на берегу разные вещи?

– Сколько себя помню, волны выбрасывали их на берег, разные вещи. Такое уж здесь дно.