Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Чтобы кто-то обнял ее и сказал, что все будет хорошо.

Он заслуживал большего. Пледик заслуживал большего, чем смерть во сне или яд, после которого он уже не проснется. Воображение подсовывало ей эти жестокие образы, потому что Кей’ла понимала, что четверорукие не рискнут освобождать мальчика из клетки. Он слишком опасен, даже для них. Ох, знай она, как все закончится, никогда бы не приказала ему вмешаться в схватку вайхиров и Серых. Для них двоих лучше было бы погибнуть среди черных скал от голода и жара… лучше было бы…

И вот теперь она сидела в пещере, за ней присматривала великанша, которая обрекла ее друга на смерть. Кей’ла снова стала безоружной пленницей, зависимой от чужих капризов. Она тихонько расплакалась.

— Рассказать тебе нашу историю, дитя?

Уста Земли говорила на меекхе без ошибок, словно родилась в Империи. Кей’ла не спрашивала, откуда та так хорошо знает язык ее страны, но когда великанша стелила ей постель, то произнесла даже несколько слов на языке, напоминающем анахо. Это было удивительно — и слегка пугало.

— Нет. — Она вытерла слезы со щек.

Верданнское воспитание. Никто не должен видеть твою слабость.

— Точно?

Они сидели, повернувшись спиной друг к другу, Кей’ла глядела в каменную стену, вайхирская женщина — лицом ко входу в пещеру; но так было лучше. Девочка чувствовала, что если бы пришлось смотреть в это странное, полузвериное лицо, с одним зеленым, а вторым черным глазом — твердым, словно камень, из которого тот и был выточен, — то вся бы уже изрыдалась.

Это было так несправедливо… Все несправедливо. Все!

— Точно. Ты приказала его убить, хотя он не сделал ничего дурного. Хотя он спас твоих людей.

— Ты знаешь, кто он такой? Это каналоо. Ответ Добрых Господ на вайхиров. Когда-то мы были тем, чем они являются сейчас. Орудием, хотя создали нас другие руки. Каналоо связан со своим хозяином так же, как я с моей нижней парой рук. То есть, если их отрежут, станут ли они жить своей жизнью? Служить кому-то другому? Что бы он сейчас ни делал, вернется к своему хозяину, едва только его встретит. И убьет любого, на кого укажет его хозяин. Даже тебя.

— Неправда.

— Правда. Это мой мир, он — его часть."

"— Неправда! Он заботился обо мне. Сражался ради меня, привел мне помощь, когда я умирала. Забрал из пылающей повозки и…

Кей’ла услышала, как Уста Земли встает, делает несколько шагов и возвращается. На этот раз она, похоже, села лицом к девочке, поскольку голос ее зазвучал отчетливей:

— Ты уже говорила это. Рассказала обо всем Двум Пальцам, а тот повторил каждое слово, и у меня нет причин думать, что ты врешь. Это странная история, необычная. Первая. Понимаешь? Первая такая история, которую мы услышали.