Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Они знают друг друга. Души их занимают это тело годами, а потому обмен мыслями и эмоциями происходит совершенно без проблем. Он знает, что тот, другой, поглотил воспоминания, которыми одарил Альтсина божок сеехийцев, и что что-то в нем сломалось. Легко ненавидеть неизвестного врага. Но загляни ему в душу – и держащая нож рука задрожит.

«Кого ты не помнишь? – спрашивает он у мужчины. – Кого тогда не было?»

Тот смотрит глазами, в которых усталость мешается с болью и мрачным отчаянием. Вор ухмыляется: именно отчаяние известно ему лучше всего, это оно гнало его по миру в последние годы. Они и правда имеют много общего друг с другом: фрагмент божественной души и портовый воришка.

А потом Кулак Битвы складывает руки, словно в молитве, и понимание бьет в Альтсина, как молния, прямо в голову. Вор чувствует, как все вокруг распадается на куски, и он – хотя клялся милосердием Матери не делать этого больше – ныряет в воспоминания, которые делит с этим безумным сукиным сыном.

Ищет.

Нет Ее.

Баэльта’Матран.

Не было Ее.

«Понимаешь? – Оум тоже врывается в его мысли. – Не было Ее! Почти все Войны Богов, больше ста лет не было от нее и следа! А ведь Баэльта’Матран должна быть Предвечной, должна быть Первой и Последней. Праматерью Богов и Той, Которая Все Создала».

Альтсин пытается вытолкнуть этот голос из головы, упорядочить мысли, но сеехийский божок не дает ему шанса:"

"«Она появилась под самый конец, когда Кулак Битвы стал уже полным безумцем. Мы почувствовали Ее, как жертва кораблекрушения, вцепившись в доски, чувствует проплывающего внизу кита. Все шевельнулось. Все задрожало. А когда она пришла, то начала наводить порядок. Легко гнула к земле гордые выи. Майха, Лааль, Галлег, Агар – все сильнейшие из богов являлись к ней, наполненные своей Силой, и уходили, покоренными и испуганными. Мы… Бессмертный Флот… она одним движением ободрала наши корабли от защитных барьеров и над каждым разожгла небольшое солнце. Просто как предупреждение. И приказала уплывать. Силу Ее было… невозможно охватить разумом».

Оум заколебался.

«Я видел Ее позже… разговаривал… Она пришла ко мне через год после катастрофы. Мои барьеры… создай я их из бумаги – смысла было бы больше… Она встала предо мной… не спрашивай, как выглядела, лицо Ее плавно изменялось, от девочки к старухе, неважно. Я полагал, что погибну в огне, ведь я был кораблем Бессмертной и выполнил поручения. Но она сказала, что дала местным богам выбор и они голосовали, уничтожить меня или нет. Я выиграл жизнь с перевесом в один голос».

Альтсин молчал. Уже не чувствовал ни кандалов на запястьях, ни боли в раненых ногах. Он вообще не чувствует своего тела.