Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Тихон стал пикировать на взлетающий «як». Мишень – лучше не придумать, как на полигоне. Скорость мала, и летчик, даже если он заметил атаку, не может маневрировать на разбеге и тем более стрелять – все бортовое оружие спереди.

Тихон поймал самолет в прицел, дав по нему длинную пушечно-пулеметную очередь, и с удовлетворением увидел, что попал, и попал удачно – по кабине, моторному отсеку. Его истребитель уже проскочил «як», все еще не оторвавшийся от земли – так тот и не успел этого сделать, вспыхнул и, вильнув в сторону, встал на нос. Один готов!

Меж тем Кузнецов сбросил одну за другой обе бомбы, заложил крутой вираж с набором высоты и обстрелял из пушек и пулеметов опушку, откуда в их предыдущий полет стреляла зенитка. В ответ – ни выстрела.

Тихон тоже сбросил свои бомбы на предполагаемую позицию зенитки – не лететь же с ними на аэродром?

– Возвращаемся! – приказал Кузнецов.

Тихон пристроился сзади самолета ведущего. Настроение у него поднялось – вылет оказался результативным. Беспокоило только, почему самолет был один? Раньше немцы летали парой. Но поистине сегодня был их день!

Уже через несколько минут Кузнецов сообщил по рации открытым текстом:

– Посмотри влево двадцать и вниз – там крадется «як». Атакуем!

С ходу они стали пикировать. Пока не стреляли – вдруг на самом деле свой?

Боевой разворот, «як» совсем близко…

Кузнецов отвернул немного в сторону и сразу передал по рации:

– Чужак! У него на борту твой номер!

– Собьем?

– Нет, в «клещи» возьмем! У него горючка должна быть на исходе, он долго держаться не сможет.

Истребители пристроились немного сзади и по обе стороны чужого «яка». А в том, что это чужак, немец, никто из пилотов не сомневался – его выдал номер. Да и зачем одиночному «яку» в тыл врага отправляться?

Кузнецов как ведущий поравнялся с «яком» и сделал жест – разворачивайся.

«Чужой» самолет начал делать разворот, якобы подчиняясь, но потом вдруг резко дал газ и попытался уйти. Но Тихон, державшийся слева, был уже наготове и дал очередь. Трассирующие крупнокалиберные пули прошли рядом с фюзеляжем, и немец понял – не уйти. Русских двое, а он один, боеприпасов нет, топливо на исходе. Мелькнула мысль покинуть самолет – все равно трофейный, не жалко, и спастись на парашюте. Однако характер у пилота был подленький, душа мелкая, по себе и других равнял. Подумал, что русские зуб на него имеют и расстреляют прямо под куполом парашюта. Или еще хуже сделают: пролетая мимо, сомнут крылом купол парашюта, чтобы он камнем вниз ушел и мучился перед смертью, ужасом объятый. Поэтому он повернул к передовой и больше уже попыток удрать не предпринимал. Даже если плен, он все равно выживет. К тому же из плена можно сбежать, или доблестные войска Великой Германии освободят.