Марианна. Книги 1-6

Он пришел вместе с встретившим его у ворот каторги Гракхом, когда г-жа Легильвинек как раз закрывала ставни, а Марианна, склонившись над очагом, помешивала закипавший густой суп с мясом.

— Вот наконец и мой дядюшка, приехавший из Парижа, госпожа Легильвинек, — сказала молодая женщина, пока бретонка суетилась около путешественника. — Он проделал длинную дорогу и очень устал!

Аркадиус действительно выглядел измученным, и его мрачный взгляд сразу же обеспокоил Марианну. Его молчание тоже было тревожным. Он только поблагодарил добрую женщину за прием, затем, прогнав кошку, сел на ее место у очага и протянул к огню руки, не сказав больше ни слова. В то время как озабоченная Марианна молча смотрела на него, г-жа Легильвинек торопливо собралась накрыть на стол, но Гракх остановил ее.

— Не беспокойтесь, сударыня. Я сделаю это сам.

Не особенно словоохотливые, бретонцы также редко бывают неделикатными. Вдова сразу поняла, что ее соседям необходимо остаться наедине, и она поспешила пожелать им доброй ночи под предлогом, что она хочет послушать вечерню в ближайшей церкви.

Схватив свою кошку за загривок, она исчезла в ночи. А Марианна уже стояла на коленях перед Жоливалем, который устало опустил голову на руки.

— Аркадиус! Что случилось? Вы заболели?

Он приподнял голову и улыбнулся, но так жалко, что только усилил ее опасения.

— Что-нибудь случилось с Язоном? — спросила она, внезапно охваченная страхом. — Они его…

— Нет, нет… Он жив! Но ранен, Марианна, и довольно серьезно!

— Ранен? Но как? Почему?

Тогда Аркадиус рассказал, что произошло. На остановке в Понторсоне сосед Язона по цепи, молодой парень восемнадцати лет, заболевший лихорадкой, попросил воды, чтобы утолить сжигавшую его жажду. Один из надсмотрщиков забавы ради ударил его несколько раз ногой в бок, а затем вылил ему на голову кувшин воды. Это зрелище привело Язона в ярость. Он бросился на негодяя и свалил его ударом кулака. Затем, прижав к земле коленом, он стал душить его, но другие охранники прибежали на помощь товарищу. Засвистели бичи, и один из жандармов обнажил саблю.

— Его ранили в грудь, — добавил Аркадиус. — Эти скоты убили бы его, если бы на зов одного из заключенных, некоего Видока, другие не пришли на помощь и не укрыли его. Но дальнейший путь был форменным адом…

— Неужели за ним никто не ухаживал?

Жоливаль покачал головой и продолжал:

— Только на остановках его товарищи делали что могли, но в наказание их заставили идти два этапа пешком. Я боялся, что он не дойдет живым.

— Это ужасно) — пробормотала Марианна бесцветным голосом.

Осев сразу ставшим безвольным телом на пятки, она невидящим взглядом смотрела на знакомую обстановку.