Марианна. Книги 1-6

В то время как она увлекла с собой залитую слезами Агату, Марианна подошла к большому венецианскому зеркалу, перед которым стоял низкий лакированный столик со множеством хрустальных флакончиков и массивных золотых туалетных принадлежностей. Она чувствовала себя бесконечно усталой, и единственным ее желанием было поскорее лечь. Большая золоченая кровать с отвернутым покрывалом и белоснежными простынями, ночничок под балдахином и взбитые подушки манили к отдыху.

Тяжелая диадема давила на лоб Марианне, и она ощутила приближение мигрени. Она с трудом отцепила украшение от удерживающих его булавок, не глядя положила на столик и распустила волосы. Платье с его плотной вышивкой и длинным шлейфом также стесняло ее, и, не ожидая возвращения донны Лавинии, Марианна ре шила освободиться от него. Изогнув гибкий стан, еще не обнаруживавший скорое материнство, она отстегнула застежку и позволила тяжелому одеянию упасть к ее ногам. Она перешагнула через него, подобрала и бросила на кресло, сняла юбку и чулки, затем, одетая только в прозрачную батистовую рубашку с валансьенскими кружевами, сладко потянулась со вздохом удовлетворения, но… вздох сменился криком ужаса. Перед ней в зеркале отразилось лицо мужчины, пожиравшего ее алчными глазами.

Она мгновенно обернулась, но увидела только зеркала у стен, не отражавшие ничего, кроме спокойного огня свечей. В комнате никого не было, тем не менее Марианна могла присягнуть, что Маттео Дамиани был тут, что он со скотским вожделением следил, как она раздевается. Однако теперь не было никого. Стояла полная тишина. Ни шороха, ни вздоха…

С подкосившимися ногами Марианна упала на стоявший перед туалетным столиком табурет и провела по лбу дрожащей рукой. Не было ли это галлюцинацией? Может быть, управляющий настолько взволновал ее, что уже начинает чудиться повсюду? Или это от усталости? Она уже не была уверена, что действительно видела его… Не могло ли болезненно напряженное сознание вызвать из небытия это лицо?

Когда донна Лавиния вернулась, она нашла ее распростертой на табурете, полуобнаженной, белой как полотно.

Она в отчаянии всплеснула руками.

— Ваша милость неблагоразумны! — упрекнула она. — Почему вы не подождали меня?.. Вы вся дрожите! Надеюсь, вы не больны?

— Я в полном изнеможении, донна Лавиния. Я хотела бы поскорее лечь и спать… спать. Не дадите ли вы мне немного того, что вы дали Агате? Я хочу быть уверенной в спокойной ночи.

— Это вполне естественно после такого дня.

Спустя несколько мгновений Марианна лежала в постели, а донна Лавиния подала ей теплую настойку, приятный аромат которой уже подействовал на нее благотворно.