Марианна. Книги 1-6

Если бы представление ее императорскому высочеству мог сделать мой супруг, это было бы для меня величайшей радостью. Но при подобных обстоятельствах…

Старый синьор послал ей полный понимания взгляд.

— Вы совершили милосердный поступок, княгиня, выйдя замуж за моего несчастного кузена. Но вы бесконечно молоды и прекрасны, между тем как самоотверженность должна иметь предел. И среди дворянства этой страны не найдется никого, кто упрекнул бы вас за выход в свет или на прием в отсутствие вашего супруга, раз особое положение князя Коррадо, к несчастью, заставляет его жить затворником и скрываться.

— Благодарю вас за эти слова, но в данный момент это меня действительно не прельщает. Позже, может быть… а сейчас будьте так любезны и соблаговолите передать мое сожаление… и нижайший поклон ее императорскому высочеству.

Машинально произнеся требуемые этикетом учтивые слова, Марианна вглядывалась в любезное лицо графа, пытаясь догадаться, что он в самом деле знает о своем кузене. Известно ли ему, что вынуждает Коррадо Сант'Анна к такому нечеловеческому существованию? Он упомянул об» особом положении «, хотя князь сам признался, что боится внушить ей ужас. Она собиралась задать более определенный вопрос, когда кардинал, без сомнения, разгадавший ход ее мыслей, сменил тему разговора, спросив у графа о недавних мерах, предпринятых против монастырей, и интригующая ее тема так больше и не затрагивалась до окончания ужина.

Когда поднялись из-за стола, оба свидетеля стали прощаться, ссылаясь на возраст, не позволяющий оставаться дольше. Один возвращался в свой дворец в Лукке, другой — на принадлежавшую ему в окрестностях виллу, но оба всеми средствами изысканной и старомодной учтивости выражали пылкое желание поскорее увидеть вновь» самую прекрасную из княгинь «.

— Вот и еще два мотылька опалили крылья! — с лукавой улыбкой проговорил Готье де Шазей. — Я хорошо знаю, что надо всегда учитывать восторженность итальянского характера, но тем не менее!.. Впрочем, это меня не удивляет. Но, — добавил он, внезапно перестав улыбаться, — я надеюсь, что на этом твоя красота прекратит свое гибельное действие.

— Что вы хотите сказать?

— Что я предпочел бы, чтобы Коррадо не видел тебя.

Понимаешь, я хотел дать ему немного счастья. Я в отчаянии, причинив ему горе.

— Почему вы так думаете? В конце концов, вы же знали, что я вовсе не безобразна.

— Мне только сейчас пришло в голову, — признался прелат. — Видишь ли, Марианна… во время всей трапезы Коррадо не спускал с тебя глаз.

Она вздрогнула.

— Как? Но ведь… он не был здесь, это невозможно! — Затем, вспомнив обитый красным салон:

— Здесь нет зеркала.