Марианна. Книги 1-6

— Пойдем, — настаивала Фортюнэ, — пойдем со мной. Завтра вечером у меня небольшой прием, и надо заглянуть к Шере в Пале-Рояле и узнать, есть ли у них устрицы. Пойдем вместе, это развеет тебя. Вредно сидеть вот так взаперти со своими мрачными мыслями и страхом! Ведь ты боишься?

— Поставь себя на мое место. Ты бы не боялась?

— Я? Я была бы в ужасе, но чем больше я боялась бы, тем охотнее покидала бы дом. Гораздо лучше быть среди шумной толпы, чем сидеть за каменными стенами. И потом, чего ты ждешь от этого англичанина? Что он убьет тебя?

— Он поклялся отомстить мне, — пробормотала Марианна.

— Допустим. Но месть бывает разная. Если, как ты утверждаешь, он человек умный…

— Слишком! Как сам дьявол.

— Тогда он не убьет в тебе курицу, несущую золотые яйца. Это было бы слишком просто, легко и быстро… Кроме того, он может предположить, что император поднимет всех на ноги, чтобы отыскать твоего мучителя. Нет, я скорее предположу, что он попытается отравить твое существование, доведя тебя до того, что ты сама жить не захочешь, но он никогда не придет, чтобы хладнокровно тебя зарезать.

Он чудовище, этот человек, но не дурак! Подумай, сколько золота он еще может надеяться вытянуть из тебя.

По мере того как она говорила, напряженное внимание Марианны жадно отмечало каждое ее слово, каждый виток ее рассуждений.

Фортюнэ была права. Когда его арестовали, Франсис пришел в ярость не из-за утраты свободы, а из-за потери так легко добытой крупной суммы. Лорд Кранмер был слишком уверен в себе, чтобы бояться тюрем, тюремщиков и всего судебного ведомства, он терял золото, то золото, которого он жаждал больше воздуха. Марианна встала."

"— Я пойду, — сказала она наконец, — но не приглашай меня к себе на ужин. Я откажусь!

— Но… я и не собираюсь тебя приглашать. Это ужин на двоих, моя милейшая. И ужин на двоих теряет все свое очарование, когда появляется третий.

— Ах, понимаю! Ты ждешь возвращения своего гусара.

Очевидно, это предположение показалось очень смешным м-м Гамелен, потому что она разразилась смехом, или, скорее, начала радостно ворковать, что заменяло у нее смех.

— Вот и не угадала! К черту Фурнье! Если хочешь знать, я жду другого гусара.

— Но… кто же это? — спросила Марианна, чувствуя некоторую растерянность перед этой Фортюнэ, которая явилась к ней, пылая гневом от ревности, а теперь совершенно спокойно говорит об ужине с другим мужчиной.

Смех все больше разбирал креолку.

— Кто? Да Дюпон, вечный соперник Фурнье, человек, который так ловко проткнул ему плечо в тот вечер! Он совершенно бесподобен, ты знаешь? И ты не представляешь, какой приятный вкус приобретает месть в его объятиях!.. Иди оденься!

Марианна не заставила ее повторять. Попытаться понять что-нибудь в логике Фортюнэ было сейчас выше ее сил.