Марианна. Книги 1-6

Счастливого пути, дорогой Шазей!

Сложите к ногам святого отца мою сыновью любовь, мое почтение и покорность.

— Будет сделано. Прощай, Марианна. Когда ты отыщешь ее, поцелуй за меня эту шальную Аделаиду. Мы всегда с ней ссорились, но я все равно люблю ее.

Сказав это, его преосвященство взобрался на подоконник и спрыгнул во двор. Марианна видела, как он побежал к сараю, видневшемуся в тени четырехугольной башни. Каноник де Брюйар слегка поклонился.

— Он выйдет к берегу Сены, можете не беспокоиться о нем. Что касается меня, с вашего позволения я покину вас.

Аббат Бишет ждет меня рядом, а жандармы — на улице.

С этими словами он набросил на плечи просторный плащ и поднял его воротник, чтобы закрыть возможно большую часть лица, затем с прощальным кивком покинул библиотеку. Через открытую дверь Марианна заметила аббата Бишета, больше, чем обычно, похожего на испуганную курицу, а за ним синие мундиры жандармов. Выглянув через забранное решеткой окошко на улицу, она увидела там большую берлину с зажженными фонарями, ожидавшую в окружении целого взвода всадников в черных треуголках с красными плюмажами, чьи лошади нетерпеливо выбивали искры из старой королевской мостовой. Все это воинственное сборище, призванное сопровождать двух мирных служителей Бога, показалось вдруг молодой женщине чрезмерным и одновременно жалким, во всяком случае — невыносимым. Но, вспомнив ту непринужденность, с которой Готье де Шазей выбрался в окно, ощущая в руке письмо, стоившее столько денег, денег, которые ей выплатит личный банкир императора, она почувствовала сомнение. Не представлял ли собой этот маленький кардинал, такой хрупкий и безобидный с виду, гораздо более могущественную и опасную силу, чем можно было подумать? Похоже, что он мог повелевать, подобно самому Богу, событиями и людьми. Через месяц по его приказу какой-то человек согласится взять в жены ее, Марианну, совершенно незнакомую да к тому же и беременную. Почему?.. С какой целью? Подчиняясь каким обстоятельствам?

Снаружи послышалось бряцание оружия. Оторвавшись от своих размышлений, Марианна увидела, как нутро берлины поглотило маленькую красную фигурку мнимого кардинала, сопровождаемого высоким худым аббатом, который перед командиром эскорта несколько раз торопливо перекрестился, словно увидел самого-дьявола. В ночной тишине она услышала стук захлопнувшейся дверцы, затем щелканье кнута, и с невероятным шумом окруженная эскортом карета покинула улицу Шануэн, с места взяв в галоп. Тут позади нее раздался размеренный голос уже знакомого слуги:

— Госпожа желает, чтобы я проводил ее к карете?

Мне приказано запереть дом.

Она надела шляпу, натянула перчатки и спрятала драгоценное письмо во внутренний карман.

— Я готова, — только и сказала она.