Марианна. Книги 1-6

В тот день я понял, откуда идут эти зыбкие воспоминания, которые мне не удавалось упорядочить, это сходство с кем-то, кого я не мог вспомнить! Я сообразил, кем вы являетесь в действительности.

— Почему же вы ничего не сказали?

Талейран пожал плечами:

— А к чему? Вы сами непредвиденным образом оказались по уши влюбленной в человека, которого с детских лет ненавидели.

— Да, но это вы толкнули меня в его постель, — грубо бросила Марианна.

— Я достаточно о нем жалел… о том памятном дне, когда я пришел поговорить с вами. А потом я подумал, что нужно предоставить все естественному ходу событий и времени. Такая любовь долго не просуществует.

Ни любовь ваша, ни ваша артистическая карьера…

Марианна была поражена.

— Из-за чего же, позвольте вас спросить?

— Причина одна. Вы не созданы ни для Наполеона, ни для театра. Даже если вы попытаетесь убедить себя в противном, вы все равно одна из нас, аристократка, и из очень хорошей семьи. Вы так похожи на отца!

— Это правда, вы знали его? — спросила Марианна, томимая жаждой побольше узнать наконец о человеке, плотью И кровью которого она была, но все знакомство с которым ограничивалось только портретом. — Расскажите мне о нем!

Талейран осторожно снял лежавшую на его рукаве трепещущую руку и задержал в своей."

"— Позже. Здесь трудно вызвать в воображении его образ. Император приближается. Вам надо хоть на время превратиться в Марию-Стэллу.

Он торопливо провел ее к группе музыкантов, где в центре она заметила Госсека, подававшего ей знаки рукой, Пиччини, раскрывавшего партитуру на рояле, и Паэра, дирижера императорской капеллы, заботливо обтиравшего свою палочку. В последний момент, повинуясь безотчетному побуждению, она задержала вице-канцлера.

— Если я не создана ни для… императора, ни для театра, то, по-вашему, для чего же?

— Для любви, милочка!

— Но… мы любим друг друга!

— Не путайте! Я говорю о любви… великой любви: той, что потрясает миры, сокрушает вековые династии… той, что сохраняется до самой смерти, той, наконец, которую большинство людей никогда не находит.

— Тогда почему я должна найти ее?

— Потому что, если вы ее не найдете, значит, она не существует, Марианна, а она должна существовать, чтобы подобные мне могли ее отрицать!

Глубоко взволнованная, Марианна следила за неровной, но изящной походкой этого странного хромого.