Марианна. Книги 1-6

— Конечно, я говорил это! Но не пойму, как вам удалось подслушать в замочную скважину, когда ее даже не было. Я говорил не о вас, маленькая глупышка! Я тогда еще не знал о всех ваших подвигах в ту ночь!

— Но о ком же?

— Об одной негодяйке. О некой Нелл Вудбери, дочери лондонских трущоб, убившей с целью ограбления моего лучшего марсового, одного из двоих, которых мне удалось спасти после гибели «Красавицы Саванны». Она пробралась в Плимут, откуда собиралась отправиться на Антильские острова. Это ее я искал. И нашел!..

— Таким образом ее…

— Повесили! — бросил Бофор сурово. — Другого она не заслужила. Если бы правосудие проявило к ней снисходительность, я убил бы ее сам. Но оставим это! Вы пробудили во мне неприятное воспоминание. А речь идет о вас. Что вы собираетесь делать теперь?

— Теперь?

— Да, да, — сказал он нетерпеливо. — Не думаете же вы оставаться в этом доме? Простая лектриса очаровательной идиотки, ожидающая, может быть, что мой сиятельный друг заметит, насколько она соблазнительна.

Снова это предложение! И снова Марианну охватил неудержимый гнев. Неужели действительно нельзя представить для нее другое предназначение, кроме постели Талейрана?

— За кого вы меня принимаете, в конце концов? — начала она.

— За превосходную девушку, у которой, к сожалению, ума меньше, чем в моем мизинце! У вас гениальная способность попадать в невероятные ситуации, милое дитя! Слушайте, вы мне напоминаете молодую чайку, неопытную и легкомысленную, которая вслепую бросается в бушующий океан, принимая его за простой ручей, и потом не знает, как из его выбраться. Я убежден: если вы останетесь здесь — то рано или поздно станете добычей этого старого развратника — Талейрана.

— А я утверждаю, что нет! Вы только что говорили о моем голосе. Именно с его помощью я рассчитываю выбраться отсюда. Я каждый день беру уроки, и учитель клянется, что обеспечит мне триумфальные выступления на самых лучших европейских сценах. Он говорит, что я могу стать певицей века! — с наивной гордостью закончила Марианна. Бофор пожал плечами.

— В театре? И это в театре вы надеетесь найти свою судьбу и положение, достойное вас? Да будь у вас голос, как у самого архангела Гавриила, я попросил бы не забывать, кто вы есть, — строго сказал Язон. — Дочь маркиза д'Ассельна на подметках! Что это, наконец, безумие или недомыслие?

Мало-помалу им овладел гнев. Марианна видела, как сжалась кулаки под кружевными манжетами, и его лицо хищной птицы стало невероятно суровым.

— Ни то, ни другое! — закричала она вне себя.