Марианна. Книги 1-6

Но… — Он вдруг остановился, внимательно посмотрел на Марианну, затем воскликнул:

— Но я знаю вас! Черт возьми, сударыня, так было предопределено, что эта ночь станет самой фантастической в моей жизни! Мог ли я представить, что в Москве, среди огня, мне повезет встретить одну из самых красивых женщин Парижа?

— Вы знаете меня? — спросила Марианна, уже обеспокоенная при мысли, что подобная встреча была не особенно желательна после того, что произошло в Кремле. — Вы удивляете меня, господин…"

"— Де Бейль к вашим услугам, госпожа княгиня!

Аудитор первого класса в Государственном Совете, в настоящее время находящийся на службе у графа Матье Дюма, имперского интенданта армии. Мое имя вам, конечно, ничего не говорит, потому что я не имел счастья быть представленным вам. Но я видел вас однажды вечером в «Комеди Франсез». Давали «Британник», и вы появились в своей ложе в обществе этого презренного Чернышева. Вы были вся в красном… подобная этому пожару… бесконечно более нежная! Но не будем здесь задерживаться, пожар все разрастается. Могу ли я предложить вам… я не скажу — место, но щелочку в моей коляске?

— Собственно… я не знаю, куда идти. Я хотела попасть в Сен-Луи-де-Франс…

— Вы никогда не попадете туда! Добавлю, что никто из нас не знает, куда он идет. Самое главное — покинуть город через одну из редких дыр, которые он нам еще оставил.

Не тратя попусту время, господин де Бейль помог Марианне взобраться на кучу багажа, содержащего в себе, кстати, изрядное количество бутылок, бочонок с вином и множество книг, в основном великолепно переплетенных. На всем этом распростерся пассажир — полный мужчина с таким землистым лицом, словно он уже отходил.

Он обратил к новоприбывшей совершенно невыразительный взгляд. Когда он убедился, что она тоже займет место в коляске, толстяк тяжело вздохнул и с трудом отполз к краю, позволяя ей расположиться. Сделав это, он жалобно улыбнулся.

— Господин де Боннэр де Гиф, аудитор второго класса, — представил его Бейль. — Он страдает от ужасной дизентерии, — добавил он тоном слишком язвительным, чтобы в нем ощущался хоть малейший намек на жалость или симпатию.

Видимо, он находил своего пассажира таким же надоедливым, как и противным. Со своей стороны, Марианна изобразила улыбку, пробормотала несколько сочувственных слов, за которые больной поблагодарил подобием стона.

Господин де Бейль, в свою очередь, примостился рядом с Марианной и приказал кучеру ехать дальше по бульвару, чтобы присоединиться к потоку карет. Присмотревшись к своему спутнику, Марианна припомнила, что однажды вечером заметила это юное лицо, без особой красоты, даже немного вульгарное, но запоминающееся, этот большой лоб, эти темные глаза, живые и испытующие, этот рот в иронических складках.