Марианна. Книги 1-6

Вооруженная кавалерийской саблей, эта мегера загородила дорогу беглецам, пытавшимся выйти на бульвар, и не позволяла им пройти, пока не обчистила до нитки. У ее ног уже громоздилась куча саквояжей и драгоценностей.

В страхе перед настигающим их огнем несчастные люди безропотно позволяли грабить себя.

Но вот появилась группа, состоящая из опирающегося на трость старика, молодой женщины, двух детей и двух мужчин, которые несли на носилках, видимо, очень больную женщину. Прежде чем кто-либо из них успел сделать хоть движение протеста, бой-баба ринулась на носилки и начала обыскивать больную с такой возмутительной грубостью, что Марианна не выдержала и устремилась туда.

Охваченная яростью, в которой смешивались ненависть и отвращение, она обрушилась на женщину, схватила ее за торчавшие из-под шапки седые космы и так резко рванула, что свалила на землю, затем, бросившись на нее, стала ее тузить. Никогда еще она не испытывала такой потребности бить, рвать, ломать и убивать. Ей было стыдно, ужасно стыдно, что эти люди — ее соотечественники, и необходимо тем или иным путем дать им это понять.

Но женщина ревела, как недорезанная корова, и ей на помощь поспешили солдаты.

— Держись, тетка! — завопил один из них. — : Мы идем!..

Марианна поняла, что пропала. Группа, которой она так неблагоразумно пришла на помощь, поспешила убежать. И теперь она осталась одна перед четырьмя разъяренными мужчинами, которые оторвали ее от жертвы.

А та встала, с проклятиями выплевывая зубы, размазывая по лицу льющуюся кровь. Пошатываясь, она схватила саблю и торжествующе взмахнула ею.

— Спасибо!.. — крикнула она. — Держите крепче! Я быковы… ры… ряю глаз этой шлюхе, чтоб знала…

С дрожащим в руке оружием она уже бросилась вперед, когда внезапно рухнула у ног ошеломленной Марианны. Длинный ремень бича поймал ее за ноги и сбил, как куст бурьяна. В это же время насмешливый простуженный голос заявил:

— Дела идут… молодцы? А ну, проваливайте живо, если не хотите, чтобы с вашими шеями поигрался мой бич или гильотина, и заберите эту старую клячу с собой.

Те не заставили его повторять дважды, и через мгновение Марианна оказалась свободной перед лицом мужчины, который ее спас и который сейчас спрыгнул с коляски, больше напоминавшей грузовую повозку.

— С вами ничего не случилось? — спросил он, в то время как молодая женщина отряхнула платье и отбросила назад распущенные длинные волосы.

— Нет… не думаю. Благодарю, сударь! Без вас…

— Прошу вас, не надо. Это же естественно! И так уже достаточно неприятностей, что нас последовательно изгоняют из всех укрытий этим священным огнем, да еще сознавать, кроме того, что сам принадлежишь к этому народу дикарей.