Марианна. Книги 1-6

 — Но по какой причине?

Бывший рассыльный с улицы Монторгей с досадой пожал плечами.

— Похоже, что один из охранявших его людей подцепил холеру, так неожиданно быстро он загнулся. Тело его сразу сожгли на набережной, но портовые власти потребовали, чтобы корабль отвели в карантин. Когда мы с мистером О'Флаерти пришли, он как раз покинул стоянку, а вел его один из лоцманов господина Турхана.

Вот катастрофа, так катастрофа! Что же будем делать, господин Язон?

Вчера утром Гракх-Ганнибал Пьош, который с такой радостью встретил своего любимого героя, что разочарование их последнего свидания растаяло, как лед на солнце (он, кстати, получил от Жоливаля желаемые объяснения по этому поводу), был послан Язоном на розыски Крэга О'Флаерти, чтобы просить того набрать команду для брига.

В самом деле, к удивлению, бывший первый помощник с «Волшебницы» не покинул Константинополь. Его ирландскую душу возбудила многоцветная поэтичность тройного города… а также интерес, который могли представлять контрабандная русская водка и крымские вина для человека, не обладающего большой склонностью к делам…

Предоставленный самому себе после того, как рейс Ахмет привел бриг и часть его пассажиров в столицу Османской империи, О'Флаерти прикинул, что же ему делать. Конечно, можно наняться на один из английских кораблей, которые, как, например, фрегат «Язон», довольно регулярно заходили в Золотой Рог, и вернуться в Европу. Но его ирландская душа возмущалась при одной мысли о необходимости дышать на английской палубе, даже с перспективой оказаться на любимой родине.

И затем, кроме того, что он поддерживал хорошие отношения с французским посольством, где он частенько встречался с Жоливалем, что-то более сильное, чем он, привязывало его к американскому кораблю. Он любил его, как мог бы любить своего ребенка, и, узнав, что султанша купила его и подарила Марианне, он перенес свою привязанность на молодую женщину, ожидая, как и она, возвращения Бофора.

Первые дни ожидания были трудными, так как он не знал, чем заняться, разделяя свое время и скудный кошелек между различными кабаре и китайским театром теней на площади Сераскир, который очаровал его простодушное сердце. Так шло до того дня, когда склонность к крепким напиткам привела его в таверну в Галате, где собирались самые верные поклонники Вакха с европейского берега.

Там он встретил одного грузина из Батума, некоего Маму лия, который в пьяном угаре от итальянских и греческих вин пытался утопить память о водке, разорявшей его.