Марианна. Книги 1-6

В комнату ворвался сопровождаемый двумя жандармами Жан Ледрю и указал пальцем на ошеломленную девушку.

— Держите, вот она! Это прибывшая тайком эмигрантка. Ее зовут Марианна д'Ассельна, и она агент принцев!

Марианна не успела и шелохнуться, как оба блюстителя порядка схватили ее за руки и потащили из комнаты. Сопровождаемую сочувственными взглядами достойного Бобуа и других постояльцев, тщетно пытавшуюся сопротивляться девушку спустили вниз и бросили в фиакр, который тотчас же тронулся.

Очутившись в этом тесном черном ящике с опущенным верхом рядом с усатым жандармом, возмущенная, негодующая Марианна начала кричать в тщетной надежде, что кто-нибудь придет на помощь.

— Милая дама, — спокойно сказал жандарм, усаживаясь поудобней в своем углу, — перестаньте так кричать, иначе я заткну вам рот и свяжу, как цыпленка! Для всех будет лучше, если вы угомонитесь.

Признав игру проигранной, побежденная Марианна отодвинулась подальше от своего стража. Если когда-нибудь ей попадется в руки этот презренный Ледрю, она ему покажет, где раки зимуют. Позволить арестовать ее, как простую злоумышленницу! Подонок!

Гнев уступил вскоре место слезам, затем, поскольку она сильно устала, а покачивание фиакра клонило в сон, Марианна в конце концов заснула с непросохшими слезами на милом личике.

Глава II. ГЕРЦОГ-ПОЛИЦЕИСКИИ И БАРОН-КОРСАР

Очутившись среди ночи в камере тюрьмы Сен-Лазар, невыспавшаяся Марианна прежде всего спросила себя, не снится ли ей это. Ее слишком внезапно вырвали из уюта тихой комнатки, чтобы она не попыталась отнести все происшедшее с ней к кошмарному сну, но мало-помалу пришло убеждение в реальности происходящего."

"Стоящая на кривоногом столе свеча освещала узкую высокую комнату, освещавшуюся в дневное время светом из-за решеченного окошка под самым потолком. Сырость разрисовала серые стены наподобие географических карт, а в разбитых плитках пола, в окованной железом двери — всюду была видна ветхость старинного монастыря. Обстановка состояла из стола, табурета и узкой кушетки с тощим матрацем и прохудившимся одеялом. Было холодно, ибо никакое отопление для заключенных не предусматривалось. И девушка, оставшаяся в одном платье, потому что ей не дали возможности взять ни пальто, ни сумку, обхватила грудь руками, чтобы хоть как-то согреться.

Положение ее было критическим. Арестованная, как не легально приехавшая эмигрантка, она знала, по рассказам Никола Малерусса, что сильно рискует. К тому же ценное для нее письмо осталось в сумке. Поэтому чувства Марианны колебались от отчаяния, когда она думала о себе, до ярости, когда она вспоминала о презренном Ледрю, который подло выдал ее за отказ утолить его любовный голод.