Марианна. Книги 1-6

На этот раз Жоливаль рассмеялся, покопался двумя пальцами в карманчике своего узорчатого жилета, вытащил щепотку табаку и с наслаждением зарядил им нос.

— Ваша беда в том, Марианна, что вы в детстве слишком много читали Шекспира и слишком много романов. Отелло, если считать, что он лицо реальное, был своего рода военным гением, а великим людям позволительны некоторые причуды. Но подумайте, если бы Наполеон родился с бронзовой кожей вашего милого супруга, был бы он теперь на троне Франции? Нет, не правда ли? И, возвращаясь к князю, я считаю, что его добровольное затворничество, эта избранная им жизнь в одиночестве являются доказательством его любви к матери.

Это ради нее, ради ее репутации согласился он на подобную голгофу и навсегда лишил себя возможности любить. Я питаю глубочайшее уважение к этому человеку, Марианна, а также к мучительному желанию продолжить свой род, жертвуя самыми законными стремлениями, вплоть до нормальных потребностей его сердца и всего естества.

По мере того как виконт говорил, его голос приобретал серьезность и глубину, достигавшую до самых тайных уголков ее сердца.

— Вы обвиняете меня, не так ли? По-вашему, я должна была согласиться подарить ему этого ребенка?

— Я не принуждаю вас согласиться или отказаться, моя дорогая малютка. И не имею права судить вас. Вы сами полностью распоряжаетесь собой и своей судьбой, ибо за это право вы дорого заплатили.

Марианна внимательно посмотрела на него, пытаясь обнаружить на этом дружеском лице малейший след упрека или разочарования, и догадалась, что если бы старый друг меньше любил ее, он, может быть, судил бы ее строже.

— Я могу честно признаться вам, Аркадиус, я стыжусь себя. Этот человек всегда делал мне только хорошее. Он рисковал всем ради меня, чтобы меня защитить, и это покровительство простерлось до Язона, которого, однако, ему не за что хвалить. Безусловно, ему не доставит никакого удовольствия, что отцом ребенка станет презренный Дамиани, и тем не менее он желает этого ребенка, как величайшее благословение, которое может ему дать небо. Это тоже мне трудно понять.

— А вам не приходила в голову мысль, что он мог просто вычеркнуть из памяти этого Дамиани и видит в будущем ребенке только вашего сына, Марианна?

Молодая женщина слегка пожала плечами.

— Это заставляет предположить гораздо более сильные чувства, чем я могу поверить. Нет, Аркадиус, князь Коррадо видит в этом ребенке только Сант'Анна, немного неполноценного, но все-таки имеющего родовую кровь.

— Да что вам, в сущности, за дело до намерений князя Коррадо, раз вы категорически отказываетесь.

Ибо… вы по-прежнему отказываетесь, не так ли?

Марианна ничего не ответила на этот выпад.