Марианна. Книги 1-6

Но Бюлю-ханум, должно быть, уже давно привыкла к необычности этого места, потому что, не теряя подобающей подруге султанши величественности, она втиснула свои пышные формы под низкую арку двери с медным орнаментом.

Марианна следом за ней пересекла небольшой вестибюль и оказалась на пороге просторной комнаты, слабо освещенной свисавшей с потолка на длинной цепи бронзовой газовой лампой. Под этой лампой, с пляшущими огоньками на концах рожков, стояла высокая женщина.

Она молча поклонилась при появлении посетительниц, но в ее поклоне не было ни малейшей угодливости: она поздоровалась, не больше, и Марианна с удивлением посмотрела на нее.

Неизвестно почему, но она предполагала увидеть жирную коротышку, подобную тем перекупщицам, которых она видела в Париже у Тампля. Молча смотревшая на нее женщина была полной противоположностью.

Под вышитым золотом головным убором лицо Ревекки напоминало пергамент, продырявленный большими черными глазами с проницательным взглядом. И ни слишком загнутому носу, ни тяжелому рту не удавалось лишить ее своеобразной красоты, одухотворенной разумом, сила которого легко угадывалась."

"Недомогание Марианны еще больше усилилось, когда она машинально села на низкий диван, который Ревекка ей указала. Что-то трепетало в ней предвестником необъяснимой паники. У нее появилось ощущение, что ей грозит опасность… опасность, против которой нет никакой защиты, и, тогда как Бюлю-ханум взяла на себя инициативу начать разговор, она пыталась бороться с этим ощущением, безусловно смешным… Чего ей бояться этой женщины, такой спокойной и достаточно благовоспитанной. Ведь, направляясь сюда, она готовилась полностью отдаться в руки грязной, дурно пахнущей колдуньи! Куда же делось ее мужество и желание покончить с невыносимой тяжестью, которую она носила в себе?..

Но чем больше она старалась убедить себя не волноваться, тем больше ею овладевал страх. В ушах так шумело, что она не различала слов своей спутницы, а обтянутые коричневой кожей стены с уставленными книгами и посудой полками поплыли перед глазами. Из последних сил она сжала похолодевшие руки, борясь с подступающей тошнотой и, как ни парадоксально, с безумным желанием бежать…

Твердая и теплая рука вложила что-то в ее пальцы.

Оказалось — стакан.

— Вы больны, — прозвучало удивившее ее музыкальное контральто, — но особенно вас мучает страх.

Выпейте, вы почувствуете себя лучше: это целебное вино из трав.

Марианна погрузила губы в сладкий напиток, одновременно и крепкий и мягкий, сделала несколько осторожных глотков и, в конце концов выпив до дна, вернула стакан с признательным взглядом.