Марианна. Книги 1-6

 — Как бы я смогла? Ведь не я просила Кулугиса похитить нас, и не я привела сюда этот фрегат… и если я сказала, что не лгу, то потому, что это правда! Я француженка и родилась во время Великой Революции Мои родители погибли на эшафоте, а меня отвезли в Англию. Это там я познакомилась с коммодором Кингом и его семьей, но у меня были большие неприятности, и я бежала во Францию, чтобы найти кого-нибудь из родственников. Тогда я и познакомилась с императором, и он… осчастливил меня дружбой.

Чуть позже я вышла замуж за князя Сант'Анна. Но коммодор очень давно не видел меня и об этом не знает. Все очень просто, как видите.

— А твой муж? Где он?

— Князь? Он умер. Я вдова, следовательно, свободна, вот почему император и решил воспользоваться моими услугами.

По мере того как она говорила, гнев постепенно покидал напряженные черты гиганта, но недоверчивость оставалась.

— А что ты сказала обо мне этому англичанину? — спросил он.

— Я сказала то, о чем мы договорились на Санторине, что вы мой слуга, и добавила, что я очень устала и мы поговорим позже.

Так мы получаем немного времени, чтобы поразмыслить, ибо эта неожиданная встреча захватила меня врасплох.

К тому же, — добавила она, вдруг вспомнив первые адресованные ей слова сэра Джемса, — этот корабль идет в Константинополь. Разве не это самое главное? Скоро мы высадимся там. Какая разница, каким образом попасть туда? Более того. Разве мы не в большей безопасности на английском фрегате, чем на каком-нибудь греческом судне?

Теодорос задумался, причем так надолго, что измученная Марианна села на койку, чтобы дождаться результата его размышлений. Стоя со скрещенными на груди руками и опущенной головой, гигант, очевидно, взвешивал каждое произнесенное ею слово. Наконец он поднял голову и окинул молодую женщину тяжелым от угрозы взглядом.

— Ты поклялась на святых иконах, — напомнил он. — Если ты меня предашь, ты не только будешь проклята навеки, но я задушу тебя собственными руками.

— Значит, вы по-прежнему о своем? — грустно сказала она. — Вы уже забыли, что я убила человека, чтобы освободить вас? И это все, что осталось от той дружбы, о которой вы говорили мне совсем недавно? Если бы мы попали на греческий корабль или даже турецкий, мы бы остались боевыми товарищами. Но поскольку этот — английский, все летит к черту?.. Тем не менее я так нуждаюсь в вас, Теодорос!

Вы единственная сила, на которую я могу рассчитывать среди окружающих меня опасностей! И вы можете погубить меня: вам достаточно сказать правду человеку в белом костюме, понимающему ваш язык.

Может быть, увидев меня брошенной на дно трюма, у вас не будет больше сомнений… но тогда ни ваша миссия, ни моя не будут иметь ни малейшего шанса быть исполненными.