Сборник космических циклов. Книги 1-24

Двое стражей по-прежнему стояли снаружи, хотя было видно, что на месте их удерживает лишь чувство долга. Они не остановили меня и с радостью двинулись следом за мной к выходу.

– Что случилось? – спросил я на бегу.

– Дракон! Прилетел дракон! Мы не видели их сотни лет, но этот колокол звонит, только когда прилетает дракон!

Разумеется, это был не дракон. Явление молдрома, разыскавшего утром своего хозяина, вызвало весь этот переполох. Он сидел посреди монастырского двора, изогнувшись в боевой позе, и, выставив вперед свои страшные пилы, угрожающе стрекотал.

Монахи, метавшиеся по наружной стене, обстреливали его из арбалетов, но стрелы, не причиняя молдрому ни малейшего вреда, отскакивали от его брони. До поры до времени. Рано или поздно одна из этих стрел могла попасть в глаз моему страшному другу или в мягкое сочленение между сегментами его туловища. И тогда весь двор превратится в кровавое побоище.

– Немедленно прекратите! – крикнул я стражникам на стене, бросаясь к молдрому. – Прекратите, или он сожрет вас!"

"Не знаю, услышали ли они меня. Я бежал к молдрому сквозь смертоносный дождь, ежесекундно рискуя получить арбалетную стрелу в свою ничем не защищенную грудь. Увидев, какой опасности подвергается его хозяин, молдром издал вибрирующий свист, которого я никогда раньше от него не слышал. Звук все время усиливался, переходил в тонкий неслышимый свист и, похоже, имел строго направленное воздействие, поскольку я не ощущал ничего, кроме боли в ушах, а дождь стрел немедленно прекратился.

Стрелки побросали свое оружие, схватились за голову и начали бессмысленно метаться по стене. Только высокая внешняя ограда с бойницами предохраняла их от падения вниз.

Наконец во дворе появился старший брат и отдал какую-то команду, вряд ли относившуюся к молдрому, однако тот немедленно прекратил свистеть. Стрелять, впрочем, тоже больше никто не пытался.

Глава 20

Появление молдрома, а главное, чудесное от него избавление по моей команде произвело на членов ордена неизгладимое впечатление. Сразу же вслед за этим меня пожелал увидеть самый старший брат, что на обычном языке, видимо, означало что-то вроде отца настоятеля. Стало ясно, что в день нашего прибытия со мной беседовало не самое высокое начальство. Монастырь, с его ханжескими порядками, скрытой от посторонних взглядов роскошью и постоянной слежкой друг за другом, произвел на меня двойственное впечатление.