Сборник космических циклов. Книги 1-24

Я судил слишком поспешно, и мои знания о монастыре, скрывавшем в своих глубинах немало тайн, оставались слишком поверхностными.

Апартаменты отца настоятеля располагались в восточной башне, на ее верхнем этаже, и напоминали современный пентхауз, обнесенный широким балконом.

Здесь я увидел множество неизвестных мне растений. Их корни лежали открыто на каменном полу балюстрады и, очевидно, подпитывались гидропонной системой. Неплохая техника, особенно если вспомнить о средневековом оружии и средствах передвижения, ограниченных верховыми животными.

Некоторые кусты с широкими листьями были выше человеческого роста и обильно цвели мелкими пахучими цветами — запах показался мне неприятным, но о вкусах не спорят.

Наконец, продравшись через этот сад по узким извилистым дорожкам, мы оказались перед широченной дверью с разноцветными витражами, заменявшими стекла. Рисунок, слагавшийся из геометрических фигур, показался мне абстрактным, но, всмотревшись пристальней, я понял, что художник попытался изобразить здесь некую легендарную сцену из древней земной Библии. Я не настолько хорошо знал историю, чтобы понять, что эта сцена изображала. Один человек пытался зарезать другого, и кто-то ему в этом препятствовал. Контуры размытых в цветном стекле фигур были едва намечены, а сама техника изготовления подобных витражей; выплавленных в виде целого листа, была мне незнакома.

Миновав первую дверь, мы очутились в просторном холле, и я невольно обернулся, чтобы еще раз посмотреть на странную картину, застывшую внутри витража. К моему удивлению, с противоположной стороны она выглядела совершенно по-другому. Даже сюжет изменился.

Оба человека, тот, кого пытались зарезать, и тот, кто собирался это сделать, теперь обнялись и шествовали к разгоравшейся впереди заре. Тот же, кто помешал совершиться преступлению, восседал на облаке и, казалось, больше не проявлял никакого интереса к удалявшимся фигурам.

Провожавший меня к настоятелю офицер охраны терпеливо ждал, пока я закончу осмотр картины, видимо, он привык к тому впечатлению, которое производило убранство обители настоятеля на тех, кто попадал сюда впервые.

Миновав холл и длинную галерею, украшенную статуями, изображавшими незнакомых мне существ самого необычного вида, мы наконец оказались в огромном зале с фонтаном. В углу этого зала, больше подходившего для музея, стоял простой письменный стол, заваленный кристаллами мнемопамяти, вперемешку со старинными свитками древних рукописей.

При нашем появлении невысокий лысый человек в просторном монашеском балахоне, ничем не отличавшемся от одежды остальных членов братства, поднялся нам навстречу.

Я шел к настоятелю не торопясь, внутренне собравшись и готовясь к серьезному разговору.