Сборник космических циклов. Книги 1-24

Здесь надо спускаться в подвалы!

— Откуда ты знаешь? — Мне казалось, что до места, откуда слышались выстрелы, оставалось еще несколько сотен метров.

— Потому что я здесь был и не раз пользовался этим проходом. Каждое здание имеет выход в подземную галерею. Но только этот ход ведет туда, куда нам нужно.

Пришлось поверить ему на слово. Нам все равно не оставалось ничего другого. Я старался успокоить себя мыслью, что его жизнь сейчас целиком зависит от нашей безопасности, но это плохо помогало.

Громада чужого здания давила на психику, и мы чувствовали себя так, словно входили в гробницу какого-то фараона. В известном смысле так оно и было — эти здания, по сути, являлись памятниками давно погибшей цивилизации. Неожиданно я почувствовал на своей руке чью-то прохладную ладошку. Я не стал оборачиваться, потому что знал, что это Анна.

— Боишься? — услышал я тихий шепот, и мы оба понимали, что этот вопрос не имеет отношения ни к моему мужеству, ни к предстоявшему бою. А потому, ни секунду не колеблясь, я искренне и так же тихо ответил на одном выдохе:

— Боюсь.

— Не бойся. Она там. И с ней пока все в порядке. В конце концов, еще совсем недавно мы были одним целым. Я ее чувствую, Олег.

Всего несколько коротких слов, но здания почему-то потеряли для меня свою угрюмость, а темнота входа в новую неизвестность перестала быть такой плотной.

Один за другим мы растворялись в этой темноте и исчезали. Каждый на какое-то время оставался наедине с собой, со своими страхами и со своим мужеством.

Пожалуй, только к Семену сказанное не относилось в полной мере, потому что его зеленоватый силуэт ни на секунду не исчезал из перекрестия ночного прицела моего бластера. Не имело никакого значения, что там оставалось всего два заряда, — мы оба прекрасно понимали, что этого больше чем достаточно, чтобы оборвать одну человеческую жизнь."

"В темноте вспыхнул узкий и ослепительно белый луч фонаря в руке капитана. Он заскользил по стенам, таким древним, что пронесшиеся над ними тысячелетия оставили на их поверхности свой шершавый след. От стен веяло холодом и безнадежностью. Мы находились внутри кубического пространства, отрезанные от всего остального мира этими тысячелетними стенами, даже входа, приведшего нас сюда, не было видно.

— Где же здесь спуск, Семен, где проход?

— Он должен быть здесь.

Казалось, наш проводник колебался, и это мне совсем не понравилось.

— Поторопись. Если через пять минут ты не найдешь проход а…

Я выразительно щелкнул предохранителем бластера. Я не люблю угроз и стараюсь к ним не прибегать, но этот человек излучал какой-то утробный страх с той самой минуты, как мы начали спуск и вошли в здание. Я боялся, что этот страх в любой момент может толкнуть его на необдуманный поступок.