Сборник космических циклов. Книги 1-24

После перехода я начала путать простейшие вещи, не помню многих людей из числа тех, с кем работаю вместе. — Она помолчала, и во время этой короткой паузы я заметил на ее глазах слезы. — Я даже свою маму не могу вспомнить, — прошептала она. — Нет, я ее, конечно, помню, но иногда мне кажется, что моей матерью была совершенно другая женщина."

"— Расскажи об этом подробно. Это очень важно. Ты мне никогда не рассказывала о своей матери. Ты родилась здесь, в Барнуде?

— Конечно, я родилась здесь. Я не принадлежу к новым переселенцам, заполнившим наш город за последние годы. Если бы я не была местным старожилом, я бы не смогла работать в мэрии. Отца я не помню, он оставил нас, когда мне не было и пяти лет. Мы жили вдвоем с мамой в рудничном поселке. Тогда еще «Феникс» не пользовался здесь такой властью, как сейчас. Это был самый обычный шахтерский поселок… Я помню маленький домик, в самом его центре…

Неожиданно она замолчала и закусила губу. Я заметил, как сильно она побледнела.

— Что с тобой? Тебе нехорошо?

— Нет… Все в порядке… Но мне сейчас показалось, что никакого домика не было, что все это я придумала, чтобы заполнить страшную пустоту в своей памяти… Ты когда-нибудь видел испорченную голографию, когда на один и тот же кристалл снимают два снимка подряд?

— Ну и что?

— При проекции возникают сразу два наложенных друг на друга изображения. Сейчас, когда я рассказывала тебе о поселке, я вспомнила совершенно другой дом, безликий, серый, похожий на вокзал и на тюрьму одновременно. Он заслонил своей громадой маленький домик в шахтерском поселке. У детей, родившихся там, не бывает родителей… Но какое это имеет отношение ко мне?

Она уже почти не скрывала слез.

— Подожди. Сейчас не время плакать. Мы должны в этом разобраться. Ты имеешь в виду интернат?

Она лишь кивнула в ответ.

Из доставленных с Земли оплодотворенных яйцеклеток в интернате выращивали второе поколение колонистов, пришедшее на смену первому. Интернат продолжал действовать и по сей день, пополняя быстро убывающее население зидровской колонии. Но Лания не могла родиться в интернате. Земные генетики хорошо потрудились над отправляемыми в колонии зародышевыми клетками. Из них вырастали замечательные рабочие, не знавшие, что такое усталость и недовольство. Из них вырастали отличные проститутки для местных домов терпимости, но из них не вырастали заместители мэров и руководители сопротивления.

Конечно, бывали и исключения — однако все, кто родился в интернате, считались людьми второго сорта. Если бы Лания родилась в интернате, она никогда не смогла бы работать в барнудской администрации. Там всех людей тщательно проверяли, и не только по официальным документам. Я сам потратил немало времени на разработку инструкций для таких проверок.