"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10

Растерянно оглядывается и восклицает:

— Елы-палы, и куда ж меня занесло в такую поздноту?! Девушка, который час, не подскажете?

— Да уж половина двенадцатого.

Илья хватается за голову. Я его понимаю. Заклинание Мемории вызывает резкие перепады артериального давления у реципиента, и Илья себя чувствует как после похмелья.

— Ваши товарищи недавно ушли, — вдохновенно сочиняю я. — Вы с ними долго сидели вон на той скамейке…

— Да здравствует пиво во всем мире! — вяло шутит бедняга.

— Ага. А потом вы задремали, я как раз вышла с собакой погулять, ну, они мне передали для вас деньги на такси, сказали, чтобы я вас разбудила. Вот, возьмите.

— Ой, спасибо! — радостно улыбается Илья, и мне даже немного жаль, что наше знакомство закончилось. — Вы меня выручили. Ну, я пошел. Однако засиделся, а у меня еще кактус не полит.

— Всего хорошего, — говорю я. — Не забывайте поливать кактус.

Счастливый ты мальчик, Илья. У тебя, наверно, и врагов нет.

Но зато у тебя нет человека, ради которого стоит биться с врагами.

Поэтому, в отличие от тебя, мне больше повезло.

Выпроводив Илью, я не стала возвращаться в квартиру, хотя голова гудела, а все тело настойчиво требовало немедленного отдыха. Я двинулась к шоссе, надеясь поймать попутную машину.

Наконец мне повезло. Малиновый «опель» притормозил и оценивающе посветил на меня фарами.

— На работе, что ли, красавица? — ухмыльнулся водитель. Был он толст, бритоголов, золотозуб и удручающе самодоволен.

— Нет. Подвезите-ка меня в Кузнецкую слободу.

— А может, лучше в ресторанчик? Развеемся.

Я посмотрела истинным зрением прямо в его душу. И увидела ясно, как на ладони все, что с ним случится. Странно. Раньше у меня никогда не получалось вот так, мимоходом, считывать людские судьбы…

— Тебя зовут Владимир, — констатировала я. — Или Вован Золотой Зуб. Послезавтра в тринадцать часов сорок три минуты тебе размозжит тесаком череп некий Ахмет Джафармуратов. Это будет в твоем офисе во время деловой встречи. Так что езжай, дорогой, и думай не о минете, а о спасении своей души.

У Вована отвисла челюсть. Он, словно под гипнозом, тронул руль и медленно покатил по ночной трассе. И всю дорогу молчал, как уже убитый.

При въезде в Кузнецкую слободу я вышла, оставив Вована размышлять о превратностях судьбы. Мне же было не до него. Я торопилась нанести поздний визит бабе Кате.

Улица, застроенная старыми деревянными домами, была целомудренно-пустынна и патриархальна. Мои шаги даже не будили местных дворняг, досматривающих в будках сны о национальной охоте. Спали и их счастливые хозяева, не интересующиеся ходом вечного поединка между Добром и Злом. И резные ставни надежно укрывали их честные сны от посягательства ведьмы.