Имперец. Книги 1-5

Но нет, какое-то тревожное настроение было словно разлито в воздухе. Общее напряжение между студентами, сдерживаемое то ли хорошей погодой, то ли хорошим воспитанием становилось все сильнее. И на полигоне все чаще и чаще случались дуэли.

Перебегая между зданиями, пришлось прийти к печальной мысли, что пора обзаводиться верхней одеждой по сезону. С другой стороны, теперь поход по магазинам не такое уж и унылое занятие — ходить-то я планировал с Василисой.

Вестибюль столовой пахнул на меня теплом и запахом кофе. Осенняя хандра как будто разбивалась о тепло и веселый гул беззаботного студенчества.

— Александр? — окликнул меня смутно знакомый голос.

Я замер на полушаге и закрутил головой, ища говорившего. Суетливая толпа, немного сторонившаяся меня, спешила по своим делам, а ко мне спокойной, уверенной походкой приближался Меншиков.

— Александр, — повторил Максимилиан, приветственно склонив голову.

— Максим, — кивнул я в ответ.

Он не выглядел ни спешащим, ни просящим, ни высокомерным. Просто уверенный в себе и своих словах парень. Неплохие, в сущности, качества для аристократа и для мужчины.

— Уделите мне минуту.

Я усмехнулся. Где-то я это уже слышал.

— Простите, Максим, очень спешу, — отказался я. — Если хотите что-то сказать, говорите здесь.

Меншиков чуть прикрыл глаза, и было непонятно — скрывает ли парень гнев или просто обдумывает, что сказать.

— Хорошо, — наконец, произнес княжич. — Я бы хотел внести некую ясность в произошедшее. Мне искренне жаль, что ваш конфликт с Денисом закончился так, как он закончился. Но я бы хотел, чтобы вы понимали: ни я, ни кто-либо другой из моих единомышленников не имеет к последним событиям никакого отношения.

Сначала я хотел лишь покивать, отделаться общими словами и направиться дальше к желанному завтраку и кофе. Но меня зацепило слово «единомышленники».

— Максим, давайте я выскажусь сразу, — предложил я. — Предельно ясно и максимально прозрачно, чтобы в дальнейшем при нашем общении с вами или вашими, хм, «единомышленниками», не возникало недопонимания.

Меншиков изобразил на лице вежливое внимание, и я хищно улыбнулся:

— Следующего, кто попытается меня поддеть, я сразу же размажу по полигону тонким слоем, без скидок на возраст, род и размер папенькиного счета в банке. Надеюсь, вы передадите эти мои искренние пожелания всем своим… «единомышленникам».

И, не став утруждать себя дальнейшей беседой, я развернулся и отправился в столовую. Тем более что Василиса уже меня ждала и кидала встревоженные взгляды через стеклянные двери столовой.

Пожалуй, впервые за все время учебы, я ел, никуда не спеша.