Кровавый Рим. Книги 1-9

— Не будем обманывать самих себя, — говорил Минуций на военном совете. — Одним словом «свобода», этим сладким для слуха словом, мы не пополним свои ряды настолько, чтобы успешно противостоять Риму. Далеко не все рабы готовы примкнуть к нам. Поэтому нам необходима поддержка свободных италиков. Среди них много недовольных безраздельным владычеством римлян. Ведь они, словно в издевку называемые «римскими союзниками», в течение долгого времени во всем содействовали римлянам, укрепляя их власть, но за оказанную помощь не удостоились равноправия. Еще не так давно их возмущение проявлялось вполне открыто. Достаточно вспомнить восстания в Аскуле и Фрегеллах. Римлянам удалось их подавить, но они сами понимают, что одной лишь грубой силой невозможно удержать народы в повиновении. Многие италийские племена настроены к Риму крайне враждебно. Если они присоединятся к нашей борьбе — победа наша обеспечена.

На одиннадцатый день восстания в лагерь вернулся Ламид.

Он привел с собой из области Ателлы по меньшей мере шестьсот новых бойцов, вооруженных рогатинами, косами или просто обожженными на огне кольями.

На общем собрании воинов Ламид предложил провозгласить Минуция царем. Это предложение было встречено бурей восторга.

— Мы не какие-нибудь разбойники с большой дороги, — говорил фессалиец, выступая на собрании. — Мы поднялись с оружием в руках за святое дело свободы против своих угнетателей. Или мы не достойны того, чтобы нами предводительствовал муж, возведенный в царское достоинство?

Во время своего пребывания в области Ателлы люди Ламида случайно захватили там повозку бродячих актеров. Среди различных театральных костюмов Ламид отобрал царскую диадему, скипетр и пурпурные одежды — все эти вещи предназначались, по словам актеров, для исполнителя роли Тарквиния Гордого в трагедии Луция Акция «Брут».

Ламид, давно вынашивавший мысль о короновании Минуция, приказал увезти все это с собой, в лагерь Минуция под Ацеррами.

И вот Минуций под немолчный грохот оружия и ликующие вопли своего войска предстал перед ним в сверкающей на голове диадеме, в парадной латиклавии с широкой пурпурной каймой и накинутом на плечи пурпурном плаще. В правой руке он держал золоченый скипетр. Его сопровождали двадцать четыре ликтора, несшие на плечах связки розог с воткнутыми в них топорами.

Минуций обратился к воинам с подобающей в таких случаях речью, в конце которой объявил, что на следующий день поведет их к Капуе — столице Кампании.

На последние его слова восставшие отозвались радостным громовым криком.

КАМПАНСКИЙ НАМЕСТНИК

Прохладным, но ясным утром Мемнон и Ювентина, простившись со стариком Сальвидиеном, покинули его гостеприимный дом.