Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Стратиг поправил на плечах доху и сел к камину в тронное кресло. Русинов оставался у порога.

— Изгои после этого заметили тебя, предложили работу?

— Да, это определило мою судьбу…

— Ты был доволен ею?

— Несколько лет был доволен…

Он снова взглянул из-за плеча.

— А ты сам не мог прийти к мысли, что соприкоснулся с миром, который не можешь понять и объяснить? Тебя не одолевали сомнения? Душа твоя не протестовала? Не возникало чувство, что совершаешь неправедное дело, что приносишь вред?

— Я был слепым, как все изгои, — признался Русинов. — Довлела страсть к поиску. Хотел объяснить необъяснимое…

— Страсть к поиску, — проворчал Стратиг, грея руки у камина. — Весь мир одержим лишь страстью… Кто вселил эту болезнь? Кто свёл с ума человечество?.. Надеюсь, теперь ты осознал, что это дурная болезнь, приводящая к слепоте разума и сердца?

— Да, Стратиг…

— А осознал ли ты, Мамонт, что погубил художника, Авегу и, наконец, Страгу Севера? — медленно проговорил он.

Русинов ощутил внутренний протест против такого обвинения: по крайней мере, Страга погиб из-за того, что Русинов притащил за собой к заповедному камню бандитов генерала Тарасова. В остальных случаях его вина всё-таки была косвенной…

Но ответил покорно:

— Осознал.

Стратиг сделал длинную паузу, нахохлившись в своём троне, как дремлющий орёл.

— Ты искал золото… По моей воле тебе показали металл, и ты дал слово покинуть Урал. Почему же ты нарушил свою клятву?

— Мне стало ясно, что истинные «сокровища Вар-Вар» — не золото и алмазы.

— Кто тебе подсказал это?

— Никто.

— Ты пришёл сам к такой мысли?

— Да, Стратиг. Было бы слишком просто, если бы суть «сокровищ Вар-Вар» заключалась в драгоценностях. Я понял, что ты брал слово, чтобы избавиться от изгоя. И ты прав: изгой, одержимый страстью, может принести только вред. Это дурак.

— Это не всегда дурак, — заметил Стратиг. — Кощеи — тот же страстный и истеричный изгой, но владеющий рассудком… И всё-таки ты искал золото?

— Я жил в мире изгоев и искал то, что ищут все, — ответил Русинов. — И когда нашёл — почувствовал отвращение к этому металлу. Я словно заболел. Казалось, жизнь кончилась… Меня утешало лишь то, что я видел изделия из золота, принадлежащие высочайшей культуре. Культуре, которая презирала, попирала ногами материальные сокровища. Значит, у неё были другие ценности…"

"— Простая логика, — задумчиво проронил Стратиг и указал на кресло с другой стороны камина. — Садись, Мамонт.

Русинов поправил медвежью шкуру на спинке и сел. Кажется, допрос закончился.

— Должно быть, ты понимаешь, что обязан понести суровое наказание, — глядя в огонь, сказал Стратиг. — Изгой, хотя бы приблизившийся к тайне «сокровищ Вар-Вар», либо должен умереть, либо стать безумцем.