Сокровища Валькирии. Книги 1-7

— Видел? Она пришла? Она там?

И столько надежды было в его вопросах, столько затаённой, мужской радости, что язык не повернулся сказать правду.

— Пришла…

— Выключи фонарь, — попросил он и долго молчал. Затем тихо спросил: — Какая она?.. Какая она стала?

Русинов описал, какую видел в своём воображении, — стройная, высокая, волосы наотлёт…

— Повинуюсь року, — пробормотал Данила. — Ты ей всё передал?

— Да… Она придёт, ровно через сто лет.

Они долго молчали. В темноте лишь поскуливала овчарка, вылизывая простреленную грудь Данилы.

— Что она ещё сказала? — скрывая внутреннюю жажду и нетерпение, спросил он. — О чём вы говорили?

— Она вспоминала, как ты нёс её на плечах, — проговорил Русинов. — Как ты вырастал до неба и перешагивал реки. Ей было чуть-чуть страшно… И как ты кормил её каким-то вкусным хлебом… А потом подарил ей кусок малахита. Она показала…

— Довольно, — оборвал он. — Молчи… Помоги встать, мы должны идти.

Русинов поставил его на ноги. Автоматы остались где-то тут на камнях, и потому идти стало легче. Собака побежала впереди, указывая путь. Дорожка посередине пещеры была очищена от камней, оставались лишь большие глыбы, которые невозможно скатить. Скоро кровля поднялась, стало просторнее, но слабеющий Данила всё больше обвисал на плече, становился грузным, медлительным. Иногда он взбадривал себя, выпрямлялся, однако всплеска энергии хватало на несколько десятков метров. Потом начался бесконечный спуск, верёвка-поручень резала и обжигала руки. Фонарь болтался на шее, луч рыскал по стенам, а впереди чернела неведомая бездна. Данила обвис на плечах Русинова и, пытаясь помочь ему, тормозил ногами, коленями. Время от времени они делали передышку на площадках, заваленных камнем, а потом снова скользили вниз. Наконец спуск окончился у стены со щелевидным лазом. Русинов увидел знакомые ящики со взрывчаткой. Пещера была заминирована…

— Положи меня, — попросил Данила. — Поищи флягу… с водой.

Русинов нашёл место поровнее: опустил его на землю, забегал лучом по камням. Большая фляга из нержавейки блеснула у самой стены. Сначала он дал напиться раненому, потом попил сам. Вода оказалась солоноватой и сильно минерализованной.

— Слушай, Мамонт, — отдышавшись, проговорил Данила. — Нам идти далеко… Если потеряю сознание, не бросай… Одному мне не добраться… Если умру по дороге — тоже не бросай…

— Данила!.."

"— Молчи! Слушай… Моё настоящее имя… Я — Страга!.. Мне нельзя умирать здесь, надо дойти… Там будет Зал Мёртвых… Если что, иди за собакой, она приведёт… Положишь там, а сам ступай, отыщи Варгу… Кроме него, в копях никого сейчас нет… Собака найдёт… Скажи ему — Страга умер, — он сдёрнул с шеи тускло блеснувший в луче фонаря медальон на шнурке.