Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Кедровник в котловине напоминал тёмно-зелёное пенное озеро, взволнованное штормом и застывшее. Его манило в глубину, в пучину, однако он шёл и мысленно сопротивлялся всему, что не укладывалось в сознании, что выбивалось из логики и реальности. Он готов был сейчас приковать себя к дереву, как Ячменный приковывался, чтобы не уйти с хороводом, а ноги тащили дальше и дальше.

Ступени ракет действительно ни разу не упали сюда за все полгода. И не случись этой аварии, подброшенного спирта и, главное, подменённого керна, можно было бы считать Мамонта хорошим разведчиком и всё-таки прохиндеем. Каким уж образом — неизвестно, однако узнал, что в Манорайской котловине намереваются строить президентскую резиденцию и, естественно, в связи с этим выносят Байконуру вердикт— чтобы ни одной трубы не упало! Воспользовавшись этой информацией, изобразил себя перед Зимогором всесильным и ясновидящим. Кажется, подобным способом действовал кот в сапогах, дабы поразить воображение короля своим богатством.

Но странная по характеру авария и предшествующие ей события всё ставили с ног на голову.

И если бы не этот праздник Радения, на который его приглашала Лаксана!

Зимогор спустился вдоль замаскированного трубопровода к речке, взбухшей после дождей, перескочил её по камням и вошёл в лес. Возле кедра стояло с десяток удочек, а в пакете на суку ещё шевелились живые хариусы. Он покричал Ячменного, прошёл взад-вперёд и внезапно увидел под ногами ползущего малахитового жука. Сначала не поверил глазам, подумал, зелёный камешек катится, случайно стронутый с места: потрясали размеры — больше спичечного коробка…

Взгляд незримого существа стал более явственным и проницательным. Не зная почему, он вдруг поступил по-детски, когда необъяснимый страх толкает к примитивному убийству: схватил камень и с омерзением разбил жука в лепёшку. И лишь тогда пожалел, отметив бессмысленность действия…

Начальник партии бродил в зарослях кипрея и собирал какие-то ягоды в пластиковый пакет. Вероятно, для него, который наблюдал рост этой травы с самой весны, не было никаких проблем с пространством, и к необычным величинам он давно привык, поскольку спокойно рвал костянику, больше напоминающую виноград, и сыпал в сумку.

— Ты кого кричишь? — спросил он, не отрываясь от занятия.

Зимогор стряхнул остатки неприятных ощущений, как стряхивают сон, и подошёл к Ячменному.

— Тебя, — соврал он. — Кого же ещё?

— Здесь такое эхо — не поймёшь…

— Ты что здесь делаешь?

— Как что? Ягоду собираю, на варенье, — объяснил тот, словно они были дачниками, и болезненно поморщился, трогая голову. — Получается как морошковое по вкусу.

— У тебя со здоровьем всё в порядке? — озираясь, спросил Олег.