Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

— Смотрите! Ну что? Разве не ясно, что это не сходство, а именно одно и то же? Конечно, второй снимок несравненно лучше, просто безукоризненный, но пузырь-то тот же самый. Вот перетяжка здесь и вот она здесь; а изгиб шейки пузыря? Никаких сомнений!

— Мне, профану, и то кажется убедительно, — заметил Лузгин.

— Признаюсь вам, — сказал Петренко, — я начал с того, что показал Алейникову старый снимок. Он взглянул и говорит: «Этот пузырь есть в моей коллекции», — и сразу достал мне свой снимок.

— Вот видите? Есть старый медицинский анекдот: «Доктор, у меня геморрой, я уже был у вас два месяца назад». — «Не помню, разденьтесь, пожалуйста... Так, посмотрим... Ах, это вы, господин советник!»

Офицеры рассмеялись.

— Так и тут, ошибки быть не может. Чего вы ждете, подполковник? Берите этого человека, пока он не исчез.

— Возьмем! — ответил Петренко. — Я бы предпринял арест Дергачева даже по вашим данным, но у меня есть и другие. Не так давно за рубеж просочились некоторые сведения об Арктике — я как раз работаю над этим вопросом, ищу источник. И вот все приводит именно к этому учреждению, так что ясно — это Кларк. Сегодня ночью мы его арестуем. Тогда придется побеспокоить вас, профессор, чтобы вы еще раз опознали его — уже не по пузырю, а воочию. Теперь попрощаемся, полковник?

Офицеры ушли. Но не прошло и часа, как профессору стало известно, что сутки назад топограф Дергачев Василий Петрович выехал в Мурманск в составе высокоширотной экспедиции и вернется только к зиме.

Экспресс «Полярная стрела» только что отошел от станции Кола. Увлекаемый мощным электровозом, состав сразу набрал скорость. За окнами, в сумерках рассвета, все быстрее проносились очертания плоских гранитных сопок. Проводники начали будить пассажиров — последний перегон перед Мурманском.

В коридор жесткого купированного вагона № 4, сразу с двух концов, вошло несколько военных. Один из них, лейтенант, знаком подозвал проводника.

— В каких купе едет арктическая экспедиция?

— В пятом четверо и в шестом трое, но только...

— А не слышали фамилии Дергачев? Он в каком?

— Так я же и хотел доложить, — проводник понизил голос. — У нас один отстал в Кандалакше — как раз этот самый. Что? Или не случайно?

— Остался с вещами?

— Никак нет, без вещей. Да они от него в Африканде молнию получили — ногу, что ли, он повредил...

— Кто у них старший? У кого телеграмма?

— Пожалуйте, вот в этом купе.

Через минуту лейтенант, окруженный полуодетыми и смущенными членами экспедиции, читал на помятом телеграфном бланке: «отстал повредил ногу задержусь Кандалакше три четыре дня догоню Мурманске деньги есть не волнуйтесь Дергачев».

— Он одетый вышел?

— Да, вполне.

— А вещи?

— Полевая сумка с ним, а больше ничего...

— Постойте, он что-то брал из чемодана...

Открыли незапертый чемодан.