Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Я тотчас же узнал этот безжизненный, никем не населенный безыменный островок вулканического происхождения. Он окружен рифами, опасными «банками», и ни одно судно не подходит к нему на близкое расстояние. Тем более меня заинтересовало непонятное явление. Дождавшись утра, я лично с двумя матросами на катере поплыл к острову, и каково же было наше изумление, когда мы никого не застали среди мрачных растрескавшихся камней. В пять минут мы обошли весь остров. В пещере, очевидно вырытой первыми исследователями, мы не нашли человеческих следов. Я бы отрекся от виденного, — добавил капитан, — если бы вместе со мной ночной мираж не наблюдали и остальные участники экспедиции».

Покончив с газетными заметками, мы вернемся к нашим друзьям.

Они провели эту ночь без сна. Глиняная масляная плошка уныло освещала железные стены и четыре брезентовые койки.

Заунывный вой сирены заставил их предположить, что наступило утро, и они не ошиблись. Раскрылась дверь, и вошел известный уже нам островитянин с электрическим фонарем."

"Закурив сигарету, европеец уселся на койку и как ни в чем не бывало спросил:

— Имеются вопросы?

— Они вам известны, — угрюмо напомнил штурман. — Мы ждем!

— В таком случае, — заявил европеец, — будьте внимательны. Надеюсь, вы не пожалуетесь на скуку. Итак, начнем с описания прекрасного тропического утра. Хотя... это может случиться днем, вечером и ночью или в шторм и ураган. Но утро куда эффектней.

Солнце встает над океаном. Голубой воздух и зеркальная синева. Плывет величественная эскадра военных кораблей. Чудовищные авианосцы, быстрые крейсеры и миноносцы...

— Возьмем для примера... предположим... что это американская эскадра. Величайший флот мира вышел из Сан-Диего, миновал цветущие берега Калифорнии и сейчас выходит в океан. Ослепительный свет, тишина, в тени под тентами отдыхают матросы, и вдруг... авианосец вздрагивает. Раздается взрыв, корабль резко кренится, из воды вырывается облако дыма, и корабль в огне. Тяжело покачнувшись, он переворачивается и идет на дно. Взрыв следует за взрывом, и все суда в дыме и пламени взлетают в воздух.

Отбросив папиросу, европеец с наглым смехом воскликнул:

— Согласитесь, что я не лишен литературных талантов. Что за прелестное зрелище! Голубой океан, далекие берега, где под жарким солнцем высятся пальмы, и вдруг огонь, чудовищные фонтаны воды, рвутся торпеды, раздаются крики обезумевших людей, корабли тонут, вспенился океан, расходятся гигантские круги — и снова спокоен океан; лишь на солнечной поверхности расплываются густые зловещие нефтяные пятна. Вдали зеленеют берега теперь уже беззащитной земли. Нет, я положительно превращаюсь в беллетриста!

Испытующе глядя в глаза Головину, европеец замолчал.