Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Японцы расступились, и Головин с товарищами, сделав шаг, остановились перед черной металлической стеной.

Протяжный гул слышался по ту сторону стены, где-то визжало и грохотало железо.

— Нам придется немного обождать, — сказал европеец Головину. — Имеете какие-либо вопросы?

— Вы знаете русский язык? — находясь еще под впечатлением виденного, спросил Головин. — Зачем же до сих пор вы это скрывали?

— Разумеется, знаю, — с холодной наглостью ответил человек, которого Головин со дня прибытия на остров принимал за англичанина. — Помимо русского, я еще владею французским, шведским и румынским языками.

— Нас ни в какой степени не интересуют ваши познания, — резко перебил его штурман. — Я требую исключительно...

— Требовать вы не смеете. Вы можете только просить...

— Учитываете ли вы, что мы — граждане Союза Советских Социалистических Республик? Вам не может быть неизвестна ответственность...

— Господин штурман, — с улыбкой пожал плечами островитянин, — вы, очевидно, недостаточно ясно представляете себе, где вы находитесь и какова ваша участь.

— Именно этого я и добиваюсь.

— Повторяю: вы ничего не смеете добиваться! Вы должны повиноваться и молчать.

Гул оборвался, и тотчас стена бесшумно раздвинулась. Моряки, сопровождаемые конвоем, вошли в отверстие, стена опять замкнулась, и они очутились в глубокой темноте. Не прошло минуты, как раскрылась вторая стена, и в глаза штурману ударил пронзительный сиреневый свет.

— Никогда, — выступая вперед, сказал европеец, — знайте, никогда вы не уйдете отсюда.

Но штурман уже ничего не слышал.

Ослепленный яркими прожекторами, он увидел смутные очертания огромного здания, похожего на ангар дирижабля. Но вот глаза освоились со светом, и, отчетливо различая окружающее, он заметил прозрачные столбы, виденные им раньше на дне океана.

Медленные равномерные шаги раздались рядом, и вскоре появились люди. Страшный вид имели эти существа, шагавшие под наблюдением японцев, одетых в точно такую же белую форму со знаками синего солнца, как и сопровождавшие моряков конвоиры. Седые, желтые, как мертвецы, корейцы с закрытыми глазами, с высохшими, бессильно повисшими руками, согнувшись, брели вереницей, поддерживая плечами миниатюрные голубые подводные лодки. Казалось, сквозь их тела просвечивают лучи прожекторов; их тощие, искривленные, жилистые ноги тряслись при каждом движении.

Тонкие столбы поднимались ввысь. Под искрящимся от сверкания прожекторов куполом, как балконы, выступали металлические площадки с круглыми застекленными кабинами. С купола опускались стальные тросы, и на блоках висели торпедные катера. Окидывая взглядом необыкновенный ангар, Головин уже успел рассмотреть причудливо переплетенные золотистые гудящие трубы.