Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

С месяц тому назад Московский государственный университет посетила группа иностранных туристов. Среди них был один журналист — этакий приветливый, добродушный толстячок. Он беседовал со многими студентами, интересовался, как они учатся, где думают провести свой летний отдых. В числе этих студентов были Струев и Зотов…

— А почему вы, Федор Иванович, с самого начала стали подозревать, что это дело не такое простое, как предполагал капитан Зайченко?"

"— Ну, это, Николай, объясняется профессиональной интуицией и опытом, — засмеялся майор. — Мне сразу показалось, что история с убитым диверсантом уж слишком проста и смахивает на искусную подделку, предназначенную для того, чтобы замести следы одного или нескольких скрывшихся парашютистов. Потом меня заставил насторожиться этот костер, разведенный возле убитого. На черта людям, перепуганным ночной стычкой с диверсантом, было разводить этот костер? Ведь они не могли знать, сколько парашютистов было высажено с самолета. И, мысля логически, должны держаться настороженно, не раскрывая свое местонахождение этим костром… Затем произошел случай со «студентом Зотовым», неизвестно как оказавшимся на полигоне. А вскоре ты сообщил о следах человека, наблюдавшего из-за кустов за испытанием «радиоглаза». Ты категорически утверждал, что этот любопытный наблюдатель в ночь появления неизвестного самолета находился среди участников археологической экспедиции. Это еще более насторожило меня. Я допускал возможность того, что один из участников экспедиции случайно попал на полигон. Но когда кто-то из той же экспедиции вторично явился для наблюдения за испытанием изобретения, это уже не могло быть случайностью. Интерес, проявляемый кем-то к полигону, выглядел уж слишком настойчивым, подозрительным. А тут ты доставил письмо и карточку, пробитые картечью. Письмо было адресовано какому-то Алеше. Среди участников экспедиции был только один Алексей — Демидов. Тогда у меня появилась твердая версия, что убийство парашютиста — только ловкая инсценировка, поставленная режиссерами из иностранной разведки. Но в моих предположениях был еще целый ряд темных мест — роль старого лесника Пелипенко и, наконец, доцент Демидов — реальная личность. Я выехал в Москву, встретился с матерью Демидова, достал его фотографии и убедился, что письмо было адресовано именно Алексею Павловичу Демидову. Попутно я установил местонахождение студентов Зотова и Струева… Вот и все…

Белявин грустно вздохнул.

— Ты чего вздыхаешь, Николай Борисович! — чуть прищурив зоркие глаза, спросил майор.

— Я прихожу к выводу, что из меня никогда не получится хороший разведчик, — мрачно проговорил Николай.

— Ну, это напрасная паника, Николай Борисович! — махнул рукой майор.