Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Новая серия глухих ударов вывела Тараса из бездействия. Прижимаясь к стене, он медленно двинулся дальше. Свет манил, притягивал, и чем быстрее сокращалось расстояние, тем более зловещим он казался. Напрасно Тарас убеждал себя, что ему ничто не грозит. За последние месяцы не было ни одного случая нападения немцев на русских солдат, и парень этому не переставал удивляться. Он-то думал, что в Германии все будет так, как у нас, на советской земле: партизаны, подпольщики, диверсии. А ничего подобного…

Странные люди — эти немцы. Бефель — приказ — для них все. Покорность жителей никак не вязалась с фанатичной воинственностью фашистов на фронте. Сколько сил понадобилось Советской Армии, чтобы победить! А теперь только и слышишь: битте, пожалуйста…

«Противно, до чего фрицы угодливы», — сказал как-то Тарас Фокину.

«Немцы проиграли войну и теперь считают: главная плата победителю — согнуть перед ним голову. Безоговорочное подчинение сильным мира сего веками вдалбливалось в голову немецкому народу, особенно при Гитлере. Чтобы выбить дух рабской покорности, нам понадобится немало времени…»

«Нам?» — удивился Тарас.

«Вот именно, — вздохнул Фокин. — Больше этого сделать некому».

Тарас споткнулся и чуть не упал. В следующую секунду он увидел человека, стоявшего у развороченной стены. Высоченный, тощий, он в одной руке держал кирку, другой поднимал над головой фонарь. Всклокоченные волосы слиплись. Освещенная сторона лица подергивалась. Щеку, бровь и лоб рассекал жуткий бугристый шрам.

Человек, не мигая, смотрел на Тараса одним глазом, застывшим под двумя половинками брови; смотрел с ненавистью, вселяя страх видом изувеченной физиономии.

Тарас взмахнул руками и срывающимся голосом выкрикнул по-немецки:

— Стой! Кто ты?

Человек отпрянул. С глухим стуком упала выроненная им кирка, замигала свеча. Тарас отступил на шаг и вдруг услышал за спиной голос. Он не сразу понял, что голос принадлежит женщине. Лишь когда она настойчиво переспросила, что нужно здесь сыну герр коменданта в столь неурочный час, до него дошло: перед ним хозяйка отеля. Вчера хозяйка заходила осведомиться, довольны ли господа русские приемом и все ли необходимое подано. Затем церемонно представилась владелицей «Приюта охотников» фрау Евой Шлифке.

— Сына герр коменданта, очевидно, напугало это убогое существо? — продолжала женщина, направляя луч электрического фонарика на Тараса. — Не беспокойтесь, юноша, Ганс Майер совершенно безобиден. Я приютила его из сострадания. На фронте Ганс был ранен и сильно контужен. Теперь не в себе. Понимаете?.. Бродит по ночам, «роет окопы». Мы привыкли и не обращаем внимания. Подойди ко мне, Ганс…

Человек со шрамом, опустив голову, покорно протянул фрау Еве руку.