Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Соколов спокойно продолжал:

– По моей просьбе врач-эксперт произвел тщательный осмотр трупа и обнаружил почти незаметный укол шприцем, после чего уже без особого труда нам удалось установить, какой именно был введен яд и его свойства… Оказалось, после введения в организм этого яда человек погибает именно через десять минут и именно от разрыва сердца, так что сомнений быть не может. Вывод экспертизы: на пальце убийцы было кольцо, снабженное специальным микроскопическим шприцем – на вооружении иностранных разведок и это имеется.

– Рукопожатие? – ужаснулась Аня.

– Значит, Глухова таки убили… – казалось, Брянцеву было трудно в это поверить… – Но почему?

– Это нетрудно объяснить: потому, что резидент иностранной разведки, обосновавшийся у тебя на заводе, каким-то образом узнал о том, что шпион Дергач с пленкой схвачен на контрольно-пропускном пункте, и правильно заключил, что рано или поздно мы узнаем, от кого он получил секретные сведения, и тогда арест Глухова неминуем. А Глухов мог бы выдать других, немало рассказать нам. И вот – резидент убрал своего же агента. Но меня очень интересует не столько этот факт, сколько другое: почему убийство произошло после твоего, Василий Фомич, приезда из Москвы.

– Ты думаешь, тут есть какая-то связь? – нервничая, спросил Брянцев.

– Безусловно, но какая – пока не знаю. Впрочем, скоро и это нам станет ясно. Возможно, сегодня же. Как только схватим врага, кое-что прояснится.

– Интересно, когда же и где мы его схватим?

– В твоем кабинете, на заводе.

– Что-о? – Брянцев застыл на месте. – Кто он, что он будет делать в моем кабинете?

– В свое время все это ты увидишь и узнаешь. Впрочем, могу тебе сказать: не зная о том, что справка о последних, итоговых опытах инженера Шаврова хранится в спецчасти, враги думают, что она спокойно лежит в твоем сейфе, в кабинете, и дожидается их.

Брянцев побледнел.

– Но она действительно там.

– Как так? – с яростью спросил Соколов.

– Сегодня я перечитывал ее, хотел поработать над ней вечерком и не сдал в спецчасть. Я сунул ее в сейф, под бумаги.

– Нельзя терять ни минуты! – Соколов бросился к выходу. В это мгновение зазвонил телефон.

– Ельшин… – с облегчением произнес Брянцев, – он задержал кого-то.

В тот вечер Дуся допоздна была на работе. Она сидела за своим столиком. Дверь в кабинет директора завода была широко открыта, и через нее туда из ярко освещенной приемной вливались потоки электрического света. Дуся, настороженно прислушиваясь, в сотый раз перебирала бумаги. Потом встала, переступила порог кабинета, тихо окликнула:

– Тарас Ильич, вы что-то долго копаетесь.

До нее донесся хриплый голос Гришина:

– Сейчас открою. Вот и готово! – в углу кабинета вспыхнул свет электрического фонарика.