Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Разве вы сами не понимаете, что жизнь вашего ребенка будет сохранена, если…

– Ни слова, сэр, – почти выкрикнул инженер, – я не стану благоразумнее в том смысле, как это понимаете вы. Ведь я уже сказал – понятие о моральных категориях для вас пустой звук. Для вас, но не для меня! Родина! Когда я почувствовал, что у меня есть родина, далекая, но любимая земля, далекий, но любимый народ, миллионы родных мне людей, – я возродился и стал человеком. Я мечтал уехать на родину…

– С украденными у меня чертежами, – хихикнул Прайс.

– Эти чертежи – продукт моего мозга, моего! – сдержанно произнес Можайцев. – Итак, я мечтал… Но вы, конечно, информированы Харвудом – агентура Карла Функа сумела завладеть документацией установок «М-1». Ситуация изменилась: и вы и Функ приняли меры к тому, чтобы схватить меня и заставить продолжить работу над моим изобретением, каждый в своих интересах. Ни у того, ни у другого ничего не вышло – я предвидел охоту на меня. Функ перехитрил не только меня, но и вас, – ведь в конечном счете установки «М-1» нужны не мне, а прежде всего вам. Не так ли?

Прайс кивнул. Можайцев продолжал:

– Я решил лишить вас возможности создать мои установки и пустить их в дело и выполнил это мое намерение, но оказалось, что это только часть задачи, поставленной передо мной жизнью: я обязан помешать Карлу Функу воспользоваться моим изобретением. И в этом пункте наши интересы сходятся, сэр.

Прайс сказал неопределенно:

– Мистер Харвуд сделает все, что надо.

– Мистер Харвуд ничего не сумеет сделать, – возразил Можайцев. – Он послал к «волчьему логову» Шервуда, но того выследили немцы и убили. Шервуд ничем уже не поможет ни Харвуду, ни вам, сэр. Разведывательные данные Шервуда были нужны для того, чтобы найти место, где прячется с моими установками инженер Шольц, и попытаться так или иначе уничтожить их. Харвуду потребуется много времени для того, чтобы повторить розыски вольфшанце Функа, и еще неизвестно – не окончится ли его затея тем же, чем кончил Шервуд. Мне нет необходимости искать ни Шольца, ни изыскивать пути подхода к его «логову» – мне известно и то и другое.

– Вы скажете это мне, – многозначительно заметил Прайс.

Но Можайцев не обратил внимания на его тон.

– Я сделаю больше – сам уничтожу то, что я когда-то создал, – сухо сказал он. – Уничтожу вместе с Шольцем и со всем тем, что построил там Функ.

– Что вы хотите за это? – Прайс с любопытством вскинул глаза на русского.

– Вы должны сохранить жизнь моего сына.