Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

– Вы украдкой шли за стариком, следили за ним… Вы знаете, кто он, его имя?

– Нет, не знаю. Я вовсе не следил за ним, – с подчеркнутой искренностью ответил Тимур.

– Вы следили за ним, может быть, по ошибке, но именно следили, – резко сказал Соколов, – зачем, должна же быть какая-то причина? Почему вы не сказали об этом капитану Пчелину и не хотите сказать сейчас здесь? – Тимур упорно молчал. – Допускаю, вы шли за ним по ошибке, но ведь на углу, когда он неожиданно для вас обернулся и подал знак, по которому вас оглушили, вы же отлично рассмотрели его, – почему же и об этом вы ничего не сказали? Почему вы так ведете себя, Тимур Рахитов? Объясните нам.

«Они отлично знали, как в действительности обстояло дело там, в Ленинграде, – дошло до сознания Тимура. – Что же еще им известно?» Он почувствовал, что во всем этом действительно кроется какая-то тайна, и пытался поскорее определить линию своего поведения в этой рискованной для него беседе.

– Я не совершил никакого преступления, – с деланной обидчивостью заметил он.

Полковник Соколов спокойно сказал:

– Если бы вы совершили преступление – с вами поступили бы иначе, вами занимался бы наш советский суд… Поймите, мы заинтересованы в том, чтобы помочь вам выпутаться из сложного положения, в котором вы, кажется, оказались. Я хочу, чтобы до вас дошло: речь идет не о том, чтобы вы нам оказали помощь и чем-то рисковали для нас – хотя это и является вашим гражданским долгом, – речь идет о том, чтобы помочь вам, а по моему твердому убеждению, вы, товарищ Рахитов, в нашей помощи нуждаетесь. Так не отказывайтесь же от нее.

– Я не понимаю, чего вы от меня добиваетесь, – пожал плечами Тимур. – Я ничего не знаю, понятия не имею, кто тот старик, и никогда с ним не встречался.

– В таком случае объясните нам, почему же при виде его вы сбежали с дачи Нарежных вчера? – Соколов внимательно наблюдал за своим собеседником.

Стало быть, им откуда-то известно и это, – Тимур ссутулился и еще больше замкнулся: нет, он не даст им поймать себя!

– Я не встречался с ним у Нарежных, – угрюмо буркнул он.

– Вы сбежали при виде его, – уточнил полковник Соколов. – Почему же вы испугались его? Ведь это ему следовало пугаться, завидя вас, а получилось наоборот. В чем же дело, товарищ Рахитов?

Тимур размышлял. Теперь было ясно – если он будет продолжать свое, ему все равно не поверят. Спасительная мысль пришла почти мгновенно. Притворившись крайне смущенным, он, заикаясь, еле выговорил:

– Хорошо, я скажу откровенно… Только прошу, товарищ полковник… Мне стыдно, если правду узнает одна девушка.

– Марина Нарежная?

– Да. Она будет презирать меня, а я люблю ее, – Тимур опустил голову.

– Мы слушаем вас, – напомнил Соколов.