Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

В отблеске огня Русаков снова увидел его мутно-желтые глаза и вздрогнул, точно от прикосновения тока: теперь он вспомнил, кого именно напоминает ему Керим… Да, да, это он! Русаков мог поручиться, что фотокарточку этого человека ему довелось не раз рассматривать в кабинете полковника Соколова.

– Подождем, – повторил Керим. – Он скоро должен быть здесь.

– Может, он попал в руки пограничников? – возразил Камзолов. – Нам лучше поскорее уходить отсюда.

– Ваше дело не рассуждать, а выполнять мои приказания, – резко возразил Керим. – Лучинин был вместе с профессором Ясным, следовательно, и он погиб.

– Хорошо, – после паузы примирительно заговорил Камзолов. – Но объясните мне по крайней мере, на кой черт вам потребовалось выдавать им нашего друга?

– Время, время, вот что нам надо было выиграть… Карту было приказано передать кому надо, а исчезновение нашего Мусы «просто так» навело бы майора на подозрение, не связаны ли мы через него с теми, кого пограничники преследуют по ту сторону хребта Сары-Джас. К тому же они нашли вход в пещеру и могли отрезать нам дорогу.

Камзолов выругался. Керим заговорил насмешливо:

– Вы странный человек, ваши руки в крови, а вы все еще мечтаете возвратиться к жизни честного обывателя! Вряд ли у вас что получится… Впрочем, мне до этого нет дела… Мне нужен Муса – так я привык называть нашего друга, только он знает все ходы и выходы в этом лабиринте и может под землей провести меня на ту сторону границы, туда, где уже ждут меня. И если бы вы были хоть немного дальновиднее, вы просили бы меня взять вас с собой.

– Почему? – вырвалось у Камзолова.

– Потому что час назад из погранотряда на имя Ясного и Проценко поступило сообщение: пограничники нашли тела убитых нами колхозников Мусы и Керима, тех самых, которых вы наняли себе в проводники и под именем которых мы вместе с вами появились в лагере экспедиции.

Камзолов издал проклятье. Его спутник рассмеялся.

– Игра стоила свеч, задание я выполнил полностью, – сказал он довольным тоном."

"Теперь капитан Русаков не сомневался: перед ним стоял агент Харвуда, «Невидимка», тот самый, который нам известен как Двадцатый, маскировавшийся до сих пор под колхозника проводника Керима. Капитан мог сейчас легко перестрелять врагов, но он удержал себя от искушения – Двадцатого надо было во что бы то ни стало взять живым.

– Я приказал ему привести сюда своих людей. Пока их не переловили пограничники, надо уходить за кордон, – заговорил Двадцатый, имея, по-видимому, в виду того своего сообщника, который до сих пор именовал себя Мусой. Снова проклятье сорвалось с губ диверсанта. – Время истекло, а его все нет! Тут оставаться опасно. Идемте.