Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Теперь одним прохвостом меньше будет, вы подумайте!

Илья Зиновьевич скорбно, без тени иронии покачал кудлатой головой, и по тону его было неясно, жалеет он «прохвоста» или нет. Но тут же он не очень добро усмехнулся и, подняв волосатый палец, назидательно произнес:"

"— Однако известно, что индивидуальным террором от прохвостов не избавишься. Каждый порядок выводит на сцену сооответствующих людей.

— Это в каком смысле? — сухо осведомился Откаленко.

— А в том, что менять надо порядок в нашей системе. Вам же Иван Иванович, кажется, все объяснил или нет? — Илья Зиновьевич насмешливо блеснул своими агатовыми глазами. — Дайте мне два, даже три плана, и дайте заработать честно! — уже запальчиво, с вызовом воскликнул он. — Вот этими руками! Как отец работал! Как дед! — Он машинально дотронулся до кольца.

Это требование неожиданно понравилось Откаленко своей искренностью и даже какой-то дерзостью. Он сочувственно посмотрел на смуглого человека с седыми висками и уже другим тоном сказал:

— Лично я бы вам дал хоть сейчас три плана и заработок, а так придется вам, видимо, подождать.

— Мы другого подождем, — многозначительно сказал Илья Зиновьевич и снова покрутил свое кольцо. — Мы с Ваней посмотрим-посмотрим да и купим патент. А? Вот хохма будет!

— Ну и покупайте.

— Я бы, клянусь вам, хоть сейчас. Но Ваня говорит, надо подождать. Я тоже понимаю, что надо. Но мой характер мне покоя не дает. С ним только два человека могут ужиться, Ваня и моя жена Соня. Все! — Он энергично выставил вперед руки и продолжал: — И опять же, где взять деньги? Патент — это не печень трески, которой, кстати, уже нет. Он ой-ой как кусается! А тут еще наше болото. Это же все надо понять.

— Кстати, о болоте, — сказал Игорь. — Кто такой Журавский, не знаете? Олег Дмитриевич. Не имеет ли он отношения к товариществу?

Илья Зиновьевич пожал плечами.

— Понятия не имею.

— А Птицына вы знаете, Ноя Герасимовича?

— Как же, большой человек, — насмешливо сказал Илья Зиновьевич. — Вот кто покойнику кровь попортил. Ой, компания. Кошмар!

— А в чем у них дело было?

— В шерше ля фамм, конечно.

— В чем, в чем? — не понял в первую минуту Игорь.

— В женщине, я хочу сказать, — пояснил Илья Зиновьевич. — А если уточнить, то в молодой супруге Семена Прокофьевича.

— Роман, что ли, был?

— Ого! Еще какой. Дикий. Можно сказать, африканский. С его стороны, правда.

— А с ее?

— А с ее обычный. Я бы даже сказал, между нами… привычный, — Илья Зиновьевич хитро усмехнулся. — Это еще та особа, я вам доложу. Африканский роман у нее может быть только за доллары.

— Ну и чем кончилось?

— Семен Прокофьевич развод ей дал. Все! Но только я лично полагаю, что это лишь хитрость была.

— Какая же тут хитрость?

— Лариса обоих вокруг пальца обвела.