Странник. Книга вторая.

– Везде одно и то же, что на Земле, что на Геоне."

"Тропинка привела на небольшую поляну в камышах, где мы и остановились до утра. С восходом солнца нас разбудил рев скотины выгоняемой на пастбище и громкие щелчки пастушеского кнута. Один из воинов сходил на разведку и, вернувшись, дал команду выезжать на дорогу. Впереди пылил караван, прошедший по дороге раньше нас и мы двинулись вслед за ним. Через час мы были под белыми стенами Шателье и дожидались своей очереди войти в город.

Глава 11. Я 'Валлин Бартолин'.

Гостиница 'Старый отшельник' оказалась очень даже ничего. Большое красивое двухэтажное здание находилось недалеко от городских ворот и имело большой задний двор, на котором с комфортом размещался транспорт постояльцев. Цены оказались божескими, и полный пансион для всей моей команды обошелся в два империала в день. Наверное, сказывалось то, что Шателье находился на границе с афрами и особых караванных путей через него не проходило. Меня поселили на втором этаже гостиницы в небольшом, но чистом и ухоженном номере с видом во двор. Мне хорошо было видно шака и Тузика, а так же наших лошадей. Я попросил согреть ванну, и прислуга проводила меня во двор. Для мытья клиентов было выделено специальное помещение, похожее на баню, в которой всегда была горячая вода. Женщина, заведующая этим хозяйством, собралась помочь мне с мытьем, но я категорически отказался и попросил позвать 'Первого'. Дама оказалась любопытной, а когда я разделся, стала подглядывать, и за дверью раздался испуганный возглас.

– Сама напросилась, я тебя предупреждал.

Мыться пришлось долго, почти до обеда, За это время 'Первый' три раза менял воду и наконец, оттер меня до блеска. Я оделся и загнал в бадью шака. Тот начал мыться со скоростью автомойки, а я стоял на страже, чтобы никто не влетел в баню. Мыть шака в бане все равно, что у нас привести в Сандуны облезлую собаку. Нам повезло, и нас никто не застал за этим противозаконным занятием. За лошадей и вещи, которые мы оставили у коновязи я не опасался, потому что героя способного спереть что-нибудь у Тузика найти было невозможно. Несмотря на его добродушный вид, все собаки, почуяв малхуса, разбегались в разные стороны и старались не попадать Тузику на глаза. Щенок довольно быстро вырос и вымахал размером с овчарку, но хвост крючком, отвислые уши и лохматая шерсть предавали ему безобидный и не агрессивный вид. Он больше походил на плюшевого медведя, нежели на безжалостного магического волка. Тузик, наверное, умел отводить глаза, потому что окружающие его просто не замечали и смотрели на него как на пустое место. Но когда ему требовалось, то он без лая и рычания, одним только взглядом заставлял противника ретироваться.