Странник. Книга вторая.

Луц сказал, что сегодня последняя ночевка на афрской территории и завтра вечером мы будем в Шателье.

Утром Луц поднял караван с рассветом, и выгнал нас на дорогу, даже не дав толком позавтракать. Холмы становились все выше и постепенно перешли в невысокие меловые горы. Караван въехал в ущелье и прибавил ход. Колеса телег громко застучали по камням, и мы поехали рысью. Через час дорога привела нас в небольшую долину, вход в которую охранял небольшой афрский форт.

– Валлин видишь, за фортом в горы уходит тропа?

– Вижу, – ответил я.

– Это тропа к пещере таргини Нары. Там дальше будут еще два поста, на которых проверяют пропуска к таргине, а в форте ждут своей очереди те, кто из Гедеона с разрешением от вождя Бакари приехал. Так что хрен туда прорвешься.

– А что за попуска?

– Обычный кусок пергамента с печатью Бакари и каплей крови пациента. Ничего на нем не написано, но хрен подделаешь. На подделке кровь сразу чернеет и свертывается, а на подлиннике красная и свежая.

– Эх, взглянуть бы на этот пропуск, – сказал я.

– Нет ничего проще. У меня использованный пропуск где-то валяется, приедем, подарю на память.

Дорога снова пошла по ущелью, и мы прекратили разговоры. К вечеру горы закончились, и караван вышел на равнину. Внизу показалась река, через которую был, перекинут деревянный мост. Возле моста раскинулся небольшой поселок, а на другой стороне на горизонте мне удалось заметить белые стены города.

– Шателье, – произнес Луц, указывая на горизонт. – А это Лафта, у меня здесь постоялый двор и склады. Сейчас приедем ко мне поедим и отдохнем, а ночью мы тебя на тот берег переправим.

Через час караван въехал в ворота постоялого двора. 'Первый' увел лошадей к коновязи, а Тузик, сделав круг почета и разогнав по дороге хозяйских собак, улегся в тени растущего посередине двора дерева.

– Хорошая у тебя собачка, что за порода не подскажешь?

– Я плохой специалист по собакам. Человек, который подарил щенка, сказал, что это 'горный мархуз', – соврал я.

– Ты парень умывайся и заходи в дом там к этому времени все готово будет, – похлопал меня по плечу Луц и поднялся на крыльцо.

Ко мне подскочил молодой слуга и начал помогать приводить в порядок одежду и умываться. Через полчаса я вошел в дом и присоединился к Луцу за столом. Здесь он мне дал последние указания и за мной зашли двое воинов из охраны каравана. На дворе почти стемнело, и мы отправились вверх по течению реки. Через час пути на берегу повстречалась замаскированная пристань с паромом, на котором мы в два приема переправились на противоположный берег. На другом берегу нас встретил пограничный патруль, который, получив кошель с деньгами, скрылся в камышах.

– 'Таможня дает добро', – вспомнилась фраза из фильма 'Белое солнце пустыни'.