Sindroma unicuma. Книга 2.

- Это ее племянница, - сказала вторая женщина первой и обратилась ко мне: - Твоя тетя хотела забрать отрез на платье, но не пришла. Может, она заболела?

- Нет, - разглядывала я их.

- Странная девочка, - снова сказала вторая женщина, скорее всего, для себя или для подруги. - Слышала, она держит ее в строгости.

- Бедный ребенок, - посочувствовала первая женщина. - Можешь позвать свою тетю?

- Не могу, - ответила я бесхитростно. - Она спит. Уже третий день.

- Как так? - удивились женщины.

- Не знаю. Спит - и всё. У себя в кресле, - показала я рукой на окно теткиной спальни.

Женщины переглянулись между собой.

- Пойдем-ка, дитя мое, попробуем разбудить твою тётю, - сказала одна из женщин, и я проводила их к дому.

Потом, конечно, начались ахи и вздохи, звонки по телефону, какие-то машины, чужие люди, которые ходили и освещали комнаты яркими вспышками.

- Бедняжка, - посочувствовал кто-то в гостиной. - Три дня в доме с мертвецом.

Начальственный баритон сказал:

- У покойницы имелись родственники. Найдите их и поставьте в известность.

- Слушаюсь, - отчеканил мужской голос.

- К ней регулярно приезжал брат, - сообщила та женщина, что пожалела меня на улице.

- Куда бы пристроить ребенка, пока он не приедет? Отдавать в приют хлопотно, много мороки при оформлении.

- Пусть побудет у нас, - предложил сердобольный женский голос. - Одним ртом больше - мы и не заметим. К тому же девочка как воробышек, не объест. Живем неподалеку, через три дома за углом.

- Хорошо. Не забудьте оставить расписку. Запротоколируй.

- Слушаюсь.

Таким образом, я очутилась в доме незнакомой женщины, волей случая встретившейся мне в тот день на улице. Три дня, прожитые у нее, показались волшебной сказкой, с лихвой перекрывшей явь будней у тетки. Меня жалели и опекали, подкладывали лучшие куски в тарелку, выделили отдельную комнату и мягкую постель, и хозяйка время от времени гладила по голове, вздыхая.

- Охохонюшко, птичка-воробышек. Кто бы знал, что за птенчик живет неподалеку? Видно, несладко тебе пришлось, - повторила она фразу, сказанную вечером в ванной при виде синяков и ушибов на моем теле.

Чудесная душевная женщина, и я на всю жизнь запомнила ее доброту, только имя не узнала, а спросить побоялась.

- Чудная какая-то, - сказал сын хозяйки, мой ровесник, своей сестре, младше года на два.

Они пошептались.

- Пойдем играть, - предложила девочка.

Я застеснялась. Вдруг мои развлечения покажутся странными, или играю не так, как надо? Но вскоре любопытство подтолкнуло присоединиться к хозяйским детям, которые отнеслись ко мне дружелюбно и приняли в свою компанию.

Три счастливых дня в этой дружной семье пролетели как один миг, а потом за мной приехал отец.

Вот так вот. Одна фраза вместила крутой поворот в жизни.