Sindroma unicuma. Книга 2.

- Моральную и материальную компенсацию пострадавшему, штраф в пользу администрации ВУЗа и несколько часов исправительных работ в стенах учебного заведения.

Фух, - выдохнула я с невольным облегчением. Не исключили и не привлекли отделение или первый отдел. Хорошо, что Мэлу хватило ума (или наоборот, не хватило) не воспользоваться в драке заклинаниями, тогда без разговоров вылетел бы из института, или пришлось бы опять прибегнуть к помощи дяди, деда и прочих советников премьер-министра.

Может, Мэл выпустил пар и теперь успокоится? Бедняга тот парень, что попался на его пути. Наверное, сказал не те слова под руку или недостаточно любезным тоном.

Внезапно мне пришло в голову, что Мэл не оставит попыток добраться до профессора, чтобы отомстить за уязвленное самолюбие и поруганную честь. Нет-нет-нет, нужно срочно убедить оскорбленного товарища, что случилась досадное недоразумение, иначе он опять влипнет в историю.

- Альрик Герцевич, завтра он еще что-нибудь устроит! Поговорите с ним! Скажите, что у него нет оснований!

- Мелёшин не ребенок, хотя ведет себя именно так. Думаю, пока разговор не возымеет силы, - сказал Альрик, откинувшись на стуле. Ясно-понятно, звезда мирового научного масштаба не отложит свои дела в сторону и не сорвется с места, чтобы объясняться с парнем, к которому питает тщательно скрываемую антипатию.

- Почему?

- Потому что сейчас он похож на пороховую бочку с незажженным фитилем. Стоит поднести спичку, и произойдет взрыв. Его однокурсник неосторожной фразой получил перелом носа и множественные ссадины. Пока что Мелёшин не внемлет доводам и прочим объяснениям.

- Что же делать? - заломила я руки в отчаянии.

- Выждать. В конце концов, у него своя голова на плечах. Через два-три дня Мелёшин остынет и выслушает.

Но за два дня Мэл обязательно натворит новых бед!

- Слишком долго!

- Сейчас, Эва Карловна, любые оправдательные словеса будут как об стенку горох. Разве вы не изучали основы психологии?

- Изучала... в интернате, - промямлила я пристыжено.

- В неуравновешенном состоянии человек способен на безрассудные поступки. Не стоит распалять горящий костер, подкидывая дрова. Благоразумнее дождаться, когда он потухнет сам собой, и на углях запечь пищу.

Образное сравнение профессора произвело на меня впечатление, но гнетущее чувство осталось.

- Хорошо, - согласилась я неохотно. - Но если Мэ... Мелёшин не остынет? Он не отступится, пока не...

- Не волнуйтесь, Эва Карловна, - улыбнулся мужчина. - На провокации не поддамся. Ну что, убедил я вас?

- Убедили, - кивнула я неуверенно.

- Прекрасно. Продолжим.

Подойдя к окну, Альрик достал из небольшого металлического ящичка, уместившегося под телефонной этажеркой, фляжку, которую и вручил мне.