Кодекс Крови. Книга III (СИ)

— Ты права, дорогая, — отозвался я, подтверждая её слова. Тильда слишком хорошо меня знала, чтобы разводить панику. — Белухина согласилась?

— Да, ждёт на лётном поле, — отозвалась Агафья, прикрыв мобилет ладонью и пристально взирая на меня, — у тебя глаза кровью наливаются.

Я кивнул, показав, что услышал её замечание и повернулся к кровнику.

— Мы выдернули из Хмарево четыре десятка воев, отряды рассредоточены по окраинам столицы по десятку на каждую сторону света, ждут команды, — рапортовал Арсений, — ещё два десятка вернулись с нами от Крысиных, будут ударным кулаком после определения места проведения операции.

— Сам справлюсь, — тихо прорычал я, тихо зверея. Часы пробили час дня. — Подстрахуете и понаблюдаете, что я делаю с теми, кто зарится на моё!

Арсений поёжился под моим взглядом, но промолчал, считая нужным не драконить и без того злое начальство.

— Возьми! — Тэймэй протянула шкатулку, где хранились артефакты с аудиенции у императора. — Лишними не будут. Я могу отправиться с вами?

Я кивнул, на ходу вскрывая шкатулку и надевая кольца, запонки и браслет. Часы отправились в нагрудный карман как последнее средство.

Спустя пару минут мы уже мчались кортежем из нескольких автомобилей на окраину Москвы.

— Комаро, мне помощь твоя нужна, — впервые, наверно, за пару месяцев обратился я за помощью к своему покровителю.

— Слушаю, — тут же откликнулся бог.

— Я слегка ослаб в результате одного экспериментального ритуала и мне нужна твоя поддержка. Свету украли, и у меня есть кровь этого смертника. Я хочу раскинуть поисковую сеть на него, но моих собственных силёнок хватит на радиус в пять, максимум десять километров. С твоей помощью, я надеюсь растянуть её на всю столицу разом, чтоб не носиться по воздуху, охватывая поиск лоскутами.

— Сделаем, — коротко ответил Комаро, — волью с запасом, чтобы и ближайшие земли покрыло, вдруг, сбежал за пределы столицы.

— Спасибо! — искренне поблагодарил своего покровителя за отзывчивость.

Спустя полчаса наша компания выгружалась на лётном поле. Ксения Белухина, ещё прошлой ночью любезно устроившая нам романтику в небе над столицей, сегодня хмурилась. К внешности этой женщины больше всего подходило описание скандинавских воительниц валькирий. Она была такой же основательной, как и мать, в ней чувствовалась внутренняя сила, но внешне она была гораздо женственней."

"— Михаил, предупреждаю, на борту запрещено использовать какие-либо артефакты, — настороженно окинув взглядом мои кольца и запонки, предупредила Ксения, — они могут войти в резонанс, и тогда мы в прямом смысле слова звезданёмся с небес на землю.