Дочь княжеская. Книга 4

 — Никому — кроме моего жениха, господина тБови!

— Королева турнира принадлежит победителю, — тихо ответил Лае.

— И убить себя вы не сможете, — неумолимо продолжил лТопи. — Без вас стихия Жизни угаснет, едва народившись, мир наш погибнет, и Исход подготовить удастся не для всех: Империя запечатала на долгие годы. Чтобы чума из Третерумка не подмяла все, ведущие в Империю порталы через активированную врагом Опору… Простите меня, ваша светлость. Но кто-то должен был вам это сказать.

Воздух вспорол злой смех: смеялся младший Рахсим. Торжествующе, с полным осознанием превосходства.

— Вот ты подонок, Девнарш, — тихим, но страшным оттенком голосом сказала ему Хрийз. — Если ты убьешь моего мужчину, тебя убью я.

— Королева турнира принадлежит победителю, — напомнил ей старший посол.

— Любой может сразиться за ложе королевы, — вцепилась в букву древнего права Хрийз, ее несло, при всем желании она уже не могла остановиться, да и не хотела, если на то пошло. — В том числе и сама королева!

— Веселая будет драчка, — развеселился младший посол ещё сильнее. — Увечная девчонка против опытного воина! Ха!

— Да, — Хрийз по-прежнему говорила очень тихо, из последних сил сдерживая собственную разрушительную мощь. — Опытный воин — против калечной девчонки.

Ей было далеко до совершенного владения голосом, как у Рахсима старшего, но вложить свое отношение к подобному поединку она сумела. Смотрите, люди: опытный боец желает драться с больной девочкой, не так чтобы давно вставшей на ноги после смертельной болезни. Оцените его благородство и вкус его победы. Тошнит, не так ли?

— Эта девчонка вернулась из-за Грани, — продолжила Хрийз. — Где сумела справиться с другим дядей опытного воина, с пожирателем душ Даррегашем. Ты ещё помнишь его имя? Хорошо помнишь? Он уступил мне, стихийному хранителю этого мира. Если ты убьешь моего сЧая, то тебя убью я.

— А я тебя провожу, вкусненький, — радостно захлопала в ладошки Мила, до того внимавшая происходящему с похвальным тщанием, немыслимым для простой живой девочки.

Лицо Девнарша Рахсима начало меняться еще во время речи Хрийз. Но от слов Милы его залило синеватой бледностью. “Он тоже в ловушке, — подумала Хрийз мстительно. — Его слово, слово мага, обратной силы не имеет. Поединок — будет, и помоги Триединый моему мужчине одолеть негодяя и сохранить себе жизнь!”

— Полагаю, на сегодня наша встреча окончена, — объявила она.

Взяла трость и встала. С трудом, но сама. Вышла из зала — сама, принимая на спину горящие гневом и ненавистью взгляды послов. И только за дверью, когда уже не мог увидеть никто из чужих, позволила себе потерять сознание.

Очнулась в постели, поздней ночью. В окно заглядывала кровавая улыбка алого месяца, Рожка.