Дочь княжеская. Книга 4

«Потому что договариваться со взрослым высшим магом, не слишком-то довольным теми блинами, которыми вы у себя его кормите, не так-то просто, — думала Хрийз. — Вы меня держите за глупую девчонку, которой можно выкрутить руки к своей выгоде. И да, я действительно глупая девчонка, меня не готовили к таким разговорам, я слишком многого не знаю. Но пусть я трупом лягу на этом вот самом месте, если уступлю вам хотя бы на миллиметр! Не дождётесь!»

Ярость наполняла её по-новому, катилась ледяной лавиной, наверное, это сказалось и на ауре, потому что Хрийз чувствовала стоявших рядом советников, — они гордились ею, они были ею довольны, кое-кто так и просто любовался. Легко догадаться, кто… Но Хрийз решила не догадываться, не до того сейчас было.

— Гостю — первое слово, — любезно ответила Хрийз, улыбаясь.

Только совсем глупый принял бы её улыбку за светлую, радостную, обольстительную или какую-то там из этой серии ещё. Хрийз насчёт своей красоты не обманывалась: были в Третьем мире девушки и краше. Радоваться наглым разбойникам, гремевшим сапогами в нежном саду, тем более, не радовалась. И уж обольщать их… сейчас. Уже.

— Турнир! — младший содрал наконец со своего рта магическую заплатку, глаза его горели лютым огнём. — Я требую турнира!

— Что? — Хрийз так опешила, что забыла о своих собственных словах: не разговаривать с младшим Рахсимом.

— Турнир, поединок за право взять в жёны дочь правителя или действующую правительницу, — тихо выговорил лТопи. — Старый имперский обычай.

— У меня есть жених! — тонко выкрикнула Хрийз, обливаясь ледяным ужасом.

Она видела тренировки Девнарша Рахсима, зря, что ли, столько дней мимо ездила на Громе. Успела понять, что боец он страшный. А если он убьёт сЧая?! Судя по довольной роже, именно это подлый третич и собирался сделать!

— Жених был у Хрийзтемы Браниславны-старшей, — мрачно пояснил Сагранш Рахсим. — Здесь перед нами её тело, но не она сама. Прежняя договорённость о браке между Сиреневым Берегом и Островами утратила силу.

Древнее право, о котором не вспоминали уже очень давно, тем не менее, не утратило ещё своей силы. Еще могло обречь. Споры среди простолюдинов на почве ревности и/или желания обладать до сих пор регулировались именно по нему. Млада, в общем-то, приревновав мужа, замахивалась на Хрийз тогда ножом неспроста. Просто — напала на ребенка, Хрийз тогда не была ещё совершеннолетней, потом — напала без объявления официального поединка, ну и, наконец, напала на княжеское дитя, пусть и бастарда. Вот ей срок и впаяли. Дешево отделалась, между прочим. Пустила бы кровь, получила бы серьезнее.

— Я не позволю к себе прикоснуться, — яростно прошипела Хрийз.