Александра. Большая игра. (книга вторая)

— Ксюша опустила голову. Я вновь повернулась к своему главному охранителю.

— Полковник, ещё сотню сюда. Пусть оцепят всю эту поганую деревню по периметру. Приказ ясен?

— Да, Матушка-Государыня. — Кивнул мне Алексей Кобыла. Тут же послал гонца. Вскоре сотня кирасир стала окружать деревню. Толпа крестьян стала быстро рассасываться, особенно после того, как мои кирасиры обнажили свои фальшионы. Вскоре вернулись двое кирасир — Рихард и Михайло со священником. В руках он нёс толстую книгу и какие-то свитки. Я смотрела ему в глаза.

— Ты всё принёс?

— Всё принёс, Ваше Величество.

Палатины уже раскидали хворост, собрали все свитки и пару книг. Всё погрузили в фургон. Некоторые свитки были на арабском. Айно забрал всё, что принёс священник. Я, глядя падре в глаза, требовательно протянул руку к нему:

— Медальон. Живо! — Последнее слово произнесла резко. Он вздрогнул, но полез под свою рясу и снял с шеи медальон. Я ощутила его тяжесть. Серебряный, солидный такой. Медальон на цепи, в виде ромба с рубином по середине. Н медальоне, вокруг камня имелись руны. Повернулась к Магде. Протянула ей. — Возьми. Это твоё. — Она взяла его правой рукой. Смотрела на медальон. Потом протянул его девочке. Сказала ей по-немецки:

— Возьми, надень и носи его всегда. Не снимай. — Девочка несмело взяла его, посмотрела на бабушку. Та кинула ей. Она надела медальон на шею. Я вновь посмотрела на священника.

— А теперь попробуйте жить без той, которая была вам щитом перед болезнями и увечиями. Хотя я думаю, вы тут все вымрете, когда придёт большой мор. Ибо защитить вас и спасти будет некому.

— На всё воля божия. Ибо каждому воздаётся за дела его. Если он решит наказать нас, так тому и быть. Мы не можем воспротивится воле его. — Ответил мне священник.

— Значит воля божия? — Я зловеще усмехнулась, глядя на него. Он вновь вздрогнул, глядя мне в глаза. Но кивнул. — Хорошо. Значит воздастся по делам его? Тоже хорошо. Ибо Господь никогда не ошибается. Богдан, лавку или скамью притащите сюда. — Велела я палатинам, продолжая смотреть на падре. — А какие ты дела сегодня совершил, падре? Грешные или богоугодные? Как думаешь? — Он молчал. — Почему молчишь? Скажи, предать казни двух невинных людей, одна из которых ещё ребёнок, это богоугодное дело? Или ты как аббат Арно Амальрик, который руководил штурмом города Безье, когда его спросили, как отличить католиков от еретиков, ответил: «Убейте их всех, ибо Господь знает тех, кто Его»?

— Катары были еретиками. — Ответил падре, удивлённо глядя на меня.

— Конечно, катары были еретиками. Но из 20 тысяч убитых жителей города, едва ли треть была катарами, а остальные были добрыми католиками, в том числе несколько сотен было убито детей. Их за что убили?..