Александра. Большая игра. (книга вторая)

Твой епископ первый ко мне прибежит и будет извиняться. Я потомок Константина Великого, который обратил целую империю в христианство.

— Её Величество, — тут же вклинилась в разговор Паула, — не только Королева Ливонии и Великая Княгиня Московская. Она Имперская Цесаревна. Порфирородная и Порфирогенита. Сам папа выдал ей буллу на королевскую корону. Как смеешь ты противится ей.

Я оглянулась на кирасир.

— Алёша⁈ — Он подъехал ко мне на коне.

— Да, Матушка-Государыня?

— Выдели двух кирасир. Пусть сопроводят падре до церкви и изымут всё, что он забрал, а по сути, украл, у этой доброй женщины. Ты меня понял?

— Понял, Матушка. — Тут же оглянулся на своих подчиненных. — Рихард, Михайло, сопроводить падре до церкви. Забрать всё, что он украл у этой доброй женщины. — Всё верно. Если я сказала, что это добрая женщина, значит она добрая. Другого мнения не должно быть в принципе. Из строя кирасир выехали двое здоровых всадников. Один немец, второй литвин. Немец Рихард подъехал к священнику.

— Ging. Schneller. — В его руке была плеть. Он указал ей на церковь. Я отпустила падре. Он пошёл в церковь, а двое кирасир поехали за ним.

— Ваше Величество. — Проговорила Магда. — Пусть он отдаст и мой медальон. Серебряный. Это всё, что осталось у меня от семьи. Я его хочу отдать Гретте.

— Отдаст. Не беспокойся. — Божен с ещё одним кирасиром пригнали двух местных крестьян с двумя вёдрами тёплой воды. Я потрогала воду. Градусов 25–27. Нормально, в самый раз. Сначала аккуратно протёрла марлей, смоченной в воде руку Магды, смывая грязь. Потом Фрося стала смачивать гипсовые бинты водой. Передавать мне, а я уже накладывала их на руку Магды.

— Что это, Ваше Величество?

— Это, Магда, специальные гипсовые повязки, бинты. Сейчас я их наложу тебе. Они начнут сохнуть и станут очень твёрдыми, зафиксировав тебе повреждённую руку. Надо только подождать… Что ты так на меня смотришь?.. Да, это я придумала такое. Поверь, многим помогло при переломах костей. И да, я тоже лекарь, врач, как я называю лекарей. И мне не хватает таких, как ты. И я тоже давала клятву Гиппократа. Сейчас сиди, руку не шевели. Пусть гипс застынет. Потом я сделаю повязку. — Я посмотрела на Фросю. — Одежду привезла?

— Привезла, Матушка.

— Хорошо. Магду и её внучку надо будет переодеть, согласно их статусу.

— Матушка, — услышала я Ксению, — а кто эта старая женщина?"

"— Эта женщина, Ксюша, дворянка, высокородная. Но так получилось у неё в жизни, что ей пришлось бежать из родового замка, спасая внучку. И жить потом, как нищенка в землянке. Я так же бежала, в своё время, спасая свою жизнь и жизнь своей сестры. И даже жила не в землянках, а просто спала в лесу, на земле, возле костра.

— Прости, Матушка.

— Не извиняйся. Просто делай то, что я от тебя требую. Поняла меня, Княжна?

— Поняла, Матушка.